Книга Бывшие. Теперь я (не) твоя, страница 64 – Оксана Лебедь

Я протягиваю ему фото и чувствую, как внутри будто расправляются пружины. Прошло всего несколько часов с тех пор, как я занялся этим, но напряжение тянет нервы, словно вечность. Я цепляюсь за Лёху, как за спасательный круг: пусть шанс мизерный, но другого у меня нет.

Мы прощаемся и я сажусь в машину, выдыхаю и на мгновение закрываю глаза. В памяти всплывает тот день, когда впервые показал Ане фотографии, обвиняя её. Сколько тогда было эмоций — гнев, обида, бессилие. Я помню, как крепко сжал руки, как голос дрожал, как слова рвались наружу сами собой.

Теперь в воспоминаниях я вижу боль в ее глазах, слышу как дрожит ее голос, нот тогда я словно был слеп, думал только о себе, а своих чувствах. Впервые за столько лет во мне появляются сомнения, я уже не понимаю где правда а где ложь в моей жизни. Аня родила ребенка от меня, но скрыла это. Она могла попросить что угодно, не ютиться в потрепанной квартире, но она молчала, ни разу за пять лет не объявилась. Почему? Если как говорит мама, Аня алчная сука, то она должна была прийти на порог и просить денег, но Аня действовала совсем по-другому. Боялась, что я заберу у нее Милу? Уже не могу думать об этом, голова разрывается. Я не могу обвинить маму, она всегда была рядом, но и уже не верю ей.

Всю ночь я ворочался, будто на спине лежали камни. Стоило закрыть глаза — передо мной вставало её лицо: обиженное, уставшее, и Мила рядом, прижатая к груди. Каждый раз в голове звучал один и тот же вопрос: а если я ошибся тогда? Если фотографии были лишь поводом для того, чтобы сломать нас?

Жаль, что я тогда даже не проверил. Просто поверил словам матери, слепо ухватился за «доказательства» и сам убедил себя, что Аня виновата.

Я чувствую, как внутри всё сжимается, будто железный обруч давит на грудь. Эта мысль сжирает меня медленно, но верно: возможно, я сам разрушил то, что было настоящим.

Телефон звонит утром, резко, как удар. На экране — Лёха.

— Да, — беру трубку.

— Артём, слушай, я гонял фото по базам, пробовал разные системы… Это почти нереально. Слишком мало данных. Пять лет прошло, внешность могла измениться, работа — тоже. У меня на руках десятки похожих лиц, но ни одной серьёзной зацепки.

Я молчу. Внутри всё падает вниз.

— Я готов платить, — глухо произношу. — Сколько угодно.

— Тут не в деньгах дело, — спокойно отвечает Лёха. — Нужно больше информации. Имя, компания, хотя бы примерный круг общения. Фото само по себе мало что даст.

Я закрываю глаза. В голове сразу всплывает Аня. Только у неё могут быть хоть какие-то зацепки. Только она знает правду о том, кто этот мужчина и что тогда было. Но именно к ней я меньше всего хочу обращаться.

— Попробуй дальше, — упрямо говорю я. — Хоть что-то.

— Попробую, — вздыхает Лёха. — Но без дополнительных данных это пустая трата времени. Подумай, может, у тебя есть кто-то, кто знает больше.

Он отключается, а я остаюсь с телефоном в руке. В груди растёт жгучее раздражение и бессилие. Я откинулся на сиденье, упёрся головой в подголовник и выдохнул.

Все дороги ведут к ней. Хотел я того или нет, но если хочу докопаться до правды — мне придётся поговорить с Аней. Впервые не обвинять, не нападать, а спросить.

Пальцы сами набирают её номер и я слушаю длинные гудки. Сердце замирает в предвкушении, мне кажется я уже сотню лет не слышал ее голос.