Книга Игра без правил, страница 30 – Дарина Вэб

Злорадствую: страдать так вместе, не мне одной.

— Я смотрю, тебе понравилось? — ехидный голос вылетает сам собой, резкий, звенящий.

И продолжаю смотреть на множество городских огней, переливающихся разными цветами.

Лера

Назар подходит со спины и обнимает за талию. Жар его тела впитывается в моё, а его дыхание щекочет шею.

Я невольно вздрагиваю, но не отстраняюсь — напротив, на мгновение позволяю себе прижаться к нему чуть сильнее, ощущая твёрдость его груди за спиной.

После того что только что было, хочется прийти в себя, чтобы просто успокоить бунтующее тело и заодно поговорить.

— Назар, у меня есть своя жизнь, обязанности. Я не могу сидеть взаперти и потакать твоим капризам.

Я хочу поговорить откровенно. Может, тогда мы сможем прийти к единому решению. Ведь я не знаю, что у него на уме. А хочется чего-то определённого.

— Если бы не сбегала каждый раз, я бы не стал тебя запирать, — отвечает он, вырисовывая пальцами узоры на моём животе.

Его тон ровный, почти холодный. Кончики его пальцев слегка подрагивают, будто он сдерживает желание сжать ладонь сильнее.

Я делаю глубокий вдох, пытаясь унять неутихающий пульс.

— Вспомни, как всё начиналось. А ведь ты мне нравился, — в памяти проскакивает момент нашего срыва: мы целовались как сумасшедшие, не думая о том, что поступаем неправильно.

Его губы были горячими, жадными, а руки скользили по спине, прижимая меня к себе так тесно, что я чувствовала каждое биение его сердца.

Я закрываю глаза, на мгновение погружаясь в воспоминание, и кожей ощущаю, как учащается его дыхание.

— А сейчас? — спрашивает он чуть слышно, его голос становится мягче.

Пальцы замирают на моём животе, а большой палец начинает медленно, почти невесомо поглаживать изгиб талии.

— Сейчас ты давишь на меня. Насильно мил не будешь. Знаешь же такую поговорку, — я даже расслабилась в его руках, чувствуя, как напряжение понемногу уходит.

Стало как-то спокойно, когда он не угрожает. Тепло его ладоней, их уверенное, но не грубое прикосновение убаюкивают, заставляют на миг забыть обо всех разногласиях.

— Что ты предлагаешь? — Назар настроен решительно, но теперь в его голосе читается искренний интерес.

Он чуть наклоняется ближе, и я ловлю себя на мысли, что хочу ощутить его губы на своей шее. Это чёртово наваждение не хочет оставлять меня.

— Отпустить меня. И если я тебе дорога, просто ухаживать. Как в нормальных отношениях, — надежда вспыхивает во мне, словно крошечная искра. — Обещаю, больше сбегать не буду. Но и ты должен пообещать: если у нас ничего не получится, ты отпустишь меня.

— Я ещё не решил, — осекает меня он, но уже не так жёстко.

Его рука скользит вверх, едва касаясь рёбер, и это лёгкое прикосновение вызывает волну мурашек вдоль позвоночника.

Мы оба замолкаем, чтобы переварить информацию. Вокруг — живописная поляна: деревья шелестят листьями, вдалеке слышится редкое пение птиц.

В этом красивом месте хочется забыть обо всех тревогах, не думать о том, что скоро вернусь в клетку, хоть и золотую.

Тёплый ветерок играет прядями волос, а я ловлю себя на том, что неосознанно прижимаюсь затылком к плечу Назара.

— Ты помнишь Свету? — я решаюсь затронуть болезненную тему. — Я часто вспоминаю, как она тебя любила. Готова была жить твоей жизнью, лишь бы ты был с ней рядом. Может, такая девушка тебе нужна? Которая готова выполнять твои прихоти и заглядывать в рот.