Книга Дикая карта, страница 137 – Элси Сильвер

Он смеется, и я отстраняюсь, чтобы взглянуть на него, гадая, замечу ли я в его глазах хоть каплю неуверенности.

Но я этого не замечаю. Только не с Башем.

Такое чувство, что мы поднялись с нуля до ста всего за несколько часов. Но в то же время такое чувство, что мы ждали этого, дразнясь несколько месяцев подряд. Это была самая долгая игра в прелюдию.

Несколько мгновений мы смотрим друг на друга, не говоря ни слова, просто глядя. Вскоре он притягивает меня к себе, целует в губы и крепко обнимает. Затем он закрывает глаза и снова ложится, бросив на прощание:

— Как же отстойно быть тобой.

Я смеюсь, глядя, как он улыбается, не открывая глаз.

А потом я встаю с кровати, осознавая, что в пьяном угаре разделась догола — мой любимый способ спать. Я сдерживаю улыбку, понимая, что бедняга Баш всю ночь проспал рядом со мной и даже не попытался ничего сделать. Оглянувшись через плечо, я вижу, что он наблюдает за мной. Его взгляд скользит по моему обнажённому телу, словно он видит меня такой в первый и последний раз.

В моей жизни бывали моменты, когда я могла бы смутиться в такой ситуации, но с Башем вся моя неуверенность улетучивается. В глазах Баша я вижу только любовь. Ну, может, не любовь, но точно восхищение. И, конечно, привязанность.

Я поворачиваюсь к нему, чтобы он мог видеть меня со всех сторон.

— Эй, Баш, — говорю я, медленно отступая к тому месту, где висит его халат.

Он мычит, жадно глядя на мою грудь. Его язык облизывает нижнюю губу, а похотливый взгляд опускается к моей киске. Меня пронзают воспоминания о том, как прошлой ночью он стоял на коленях в своём шкафу, но я отгоняю их, зная, что должна продолжать двигаться, иначе я вернусь в постель к прекрасному мужчине, который смотрит на меня так, словно я его любимое лакомство.

— Мои глаза, — говорю я, — они здесь.

Он ворчит, поднимая на меня взгляд, но лишь на мгновение.

— Я знаю. — Он снова опускает глаза. — Я не пытался встретиться с тобой взглядом.

Я краснею, и жар разливается по всему телу. Я замечаю его футболку на полу и поворачиваюсь, чтобы пойти за ней.

— Тебе это нужно? — спрашиваю я, наклоняясь, чтобы поднять её.

— Чёрт, да, — практически стонет он. И я знаю, что он говорит вовсе не о футболке.

Я выпрямляюсь, слегка выгнув спину, а затем оглядываюсь, чтобы бросить ему мяч.

— Тогда тебе не повезло, — отвечаю я, дерзко подмигивая.

Он смахивает футболку с лица и ворчит что-то о том, что у него теперь стояк на весь день. И это заставляет меня улыбнуться.

С приятным ощущением в груди я заставляю себя действовать, чувствуя лёгкое головокружение, пока принимаю душ, одеваюсь и готовлюсь провести день, притворяясь более уравновешенной, чем я есть на самом деле.

Когда я спускаюсь вниз, Клайд уже на кухне. Он склонился над тарелкой с хлопьями, которые сам себе насыпал, и я понимаю, что сейчас ему не нужна такая помощь, как после операции.

Как только я вхожу в комнату, он устремляет на меня свой взгляд. Я знаю, что он не увидит никаких следов прошлой ночи. Я приняла душ, заплела влажные волосы в тугую французскую косу и надела свежую одежду.

Тем не менее он осматривает меня с ног до головы и говорит:

— Давно пора, черт возьми.

•••

Когда я возвращаюсь домой после занятий, я чувствую себя горячей кучей мусора.