Книга Дикая карта, страница 82 – Элси Сильвер

Затем она резко поворачивается ко мне, сузив глаза.

— Спасибо, папаша-зануда. Ты только что прогнал его без всякой причины.

То, как она произносит слово «папаша», заставляет меня понять, что она так же раздражена неожиданным появлением Триппа, как и я.

Я выхожу из темноты под свет прожекторов, заливающий задний двор.

— Без всякой причины?

Она встает, вызывающе кивая, и отряхивает руки о свои свободные хлопковые штаны.

— Да. Не сомневаюсь, просто чтобы повести себя как мудак.

Я слегка отшатываюсь. Не ожидал, что она ответит так резко.

— Просто чтобы повести себя как мудак? — Я прикусываю щеку. — Это и есть тот самый знаменитый мягкий подход, который ты применяешь ко всем, кто занимается с тобой йогой?

Я ловлю себя на том, что двигаюсь к ней, будто меня тянет в её сторону. Заставляю себя остановиться, упираюсь бедром в перила наверху ступеней и скрещиваю руки, словно возвожу барьер против желания подойти ближе.

Из её горла вырывается сухой, лишенный веселья смешок, пока она поднимается по ступеням ко мне, будто готовясь к схватке. Она останавливается прямо со мной на одном уровне. Лицом к лицу.

— Баш, что бы мы ни делали, это не йога. Я тебе ничего не должна. И если ты думал, что связь с моим разумом и телом обязывает меня быть тихоней-тряпкой, лишь бы подстраиваться под твоё дерьмовое настроение, то ты ошибался.

Я моргаю, наблюдая, как в её голове крутятся шестеренки.

Она протягивает руку и упирается указательным пальцем мне в грудь, выше моих скрещенных рук.

— Я не делала ничего, кроме как уважала твои желания и твой дом. Я держалась от тебя как можно дальше. Занималась своим делом. Делала только то, ради чего меня сюда пригласили. Так что всё очень просто. Если у тебя есть ко мне проблема, тогда не ищи меня. Потому что, на мой взгляд, я занималась своим делом, а ты возник из ниоткуда, чтобы отчитать меня.

Она резко вдыхает, словно её тирада окончена. Но затем она наносит сокрушительный удар:

— Я уже жила в таком доме, где предпочтительнее было, чтобы меня видели, но не слышали, и я не собираюсь на это снова подписываться. Так что возьми себя в руки и позволь мне побыть одной. Может, и тебе стоит сделать то же самое. Песок вон там. — Она указывает в сторону воды. — Иди и заземлись.

Мне бы отступить, но я не делаю этого. Она права. Я веду себя как разъяренный мудак, а она видит меня насквозь.

— И что, теперь ничего не скажешь о моих чакрах? Какая там у меня следующая? Сахасрара?

Гвен усмехается.

— Если уж начистоту, то все твои чакры в говне.

— Да ну?

— Ты подавлен и срываешься на других.

Я стискиваю челюсти, не отрывая от неё взгляда.

— И озлоблен. И настолько зажат, что сомневаюсь, что твоё тело позволит тебе как следует вдохнуть, даже если попробуешь.

— Ого. Воодушевляюще. Просвети меня, пожалуйста. Расскажи подробнее, в каком я говне.

Она наклоняет голову и поджимает губы, изучая меня. Её взгляд скользит по моему телу, отчего кожа начинает гудеть.

— Твоя горловая чакра в жопе, потому что ты ни за что на свете не можешь произнести вслух то, что у тебя на уме. Не говоря уже о твоей сердечной чакре — ты точно не признаешь, что там что-то происходит. Но, судя по твоему нынешнему поведению, я бы сказала, что она просто кишит ревностью.

Я закатываю глаза — жалкая попытка скрыться.