Книга Хозяйка сада черных роз, страница 149 – Катерина Кавалье

Ее тошнило, тело всеми своими силами пыталось бороться с жутким ощущением потери сознания.

Едва осколки упали на землю рядом с ее лицом, а вес с ее спины пропал, дышать стало легче, и Кьяра развернулась, не заботясь, насколько грязным будет ее платье.

Деревья позади колебались от ударной волны, и горящие обломки еще падали вокруг. Она отшатнулась, чувствуя жгучее тепло пламени на своем лице.

Звуки мира стали однотонным, давящим на череп ультразвуком. Перед глазами плыли огненные пятна, а само здание казино в ее затуманенном зрении превратилось в бесформенный костер.

Она почувствовала, как чьи-то шаги завибрировали в самой почве, отдаваясь в ее разбитых коленях. Кейл? Кто-то из охраны?

Тень накрыла ее, отсекая свет от бушующего пламени. Кьяра попыталась сфокусировать взгляд, но увидела лишь размытый темный силуэт. А затем она почувствовала прикосновение.

Его пальцы, пахнущие кожей дорогих перчаток и едва уловимыми нотами табака, жестко обхватили ее подбородок. Росетти надавил на челюсть, заставляя ее поднять голову. Его рука не дрожала – она была стальной и пугающе теплой на фоне ее ледяной, покрытой пылью кожи.

Зрение начало возвращаться рывками. Она увидела его. Росетти сидел перед ней на корточках, игнорируя боль в простреленном колене.

— Посмотри на меня, Кьяра, – его голос пробился сквозь звон в ушах.

Он дернул ее лицо чуть выше, заставляя глядеть прямо в свои глаза, в которых сейчас отражалось пламя ее гибнущей империи.

— Твоя проблема в том, что ты решила, будто правила игры изменились из-за одной пули, – он нагло усмехнулся. – Ты построила этот замок на песке и надеялась, что я не приду забрать свое?

Кьяра попыталась что-то сказать, но из горла вырвался лишь хрип.

Росетти медленно провел большим пальцем по ее нижней губе, стирая полоску крови, а затем резко отпустил ее подбородок, отчего ее голова бессильно качнулась.

— Счастливого Рождества, дорогая. В следующий раз, когда захочешь в меня выстрелить, не промахнись. Третьего шанса я тебе не дам.

Он поднялся, опираясь на трость, которую Кьяра раньше не заметила. Медленно, с едва видимой хромотой, он зашагал к своей машине. Дверь захлопнулась, и черный автомобиль сорвался с места, растворяясь в ночи и оставляя ее на холодном асфальте под далекий вой сирен.

Мир вокруг схлопнулся до размеров кресла и ослепительно-белого пятна лампы над головой. Звуки доносились словно из-под толщи воды: низкий рокот голоса Нико и сухой шепот врача. Кьяра пыталась уцепиться за смысл их слов, но буквы рассыпались, не успев сложиться в предложения.

Было холодно. Ее била крупная неуправляемая дрожь, от которой зубы стучались друг об друга.

— Синьора, посмотрите на меня. Не закрывайте глаза, пожалуйста, – голос врача был настойчивым.

Перед лицом возник тонкий луч света. Он вонзился в зрачок, как раскаленная игла, и Кьяру мгновенно захлестнула тошнота. Желудок сжался, во рту стало горько и сухо.

— Тошнит? – где-то совсем рядом спросил Нико. Она почувствовала его тяжелую ладонь на своем плече. Это была единственная твердая точка во всей этой качающейся комнате.

— Да… – выдохнула она, но звук получился тихим, больше похожим на шелест.

Когда доктор коснулся ее ладоней, Кьяра едва не вскрикнула. Каждое движение марли по содранной коже ощущалось как удар током. В пальцах что-то противно пульсировало в такт биению сердца. И грохот взрыва все еще стоял в ушах, заглушая реальность.