Книга Сердце сирены, страница 23 – Кэтрин Болфинч

Настало время паниковать. Я даже не хотела представлять, что сделают со мной родители, если увидят на мне тату. Мне не выжить.

Я остановилась, потянула Матиаса за руку.

— Что, уже передумала, Элзи? – с прищуром спросил блондин, пока злость в моей груди становилась похожа на цунами. Я была готова задушить его собственными руками, но вместо этого отрицательно покачала головой. Я зайду еще дальше в этой игре. Дойду до уровня, когда у него не хватит смелости продолжать.

Видимо, кто-то из нас все же выйдет отсюда с тату на груди.

Знала бы я, что в итоге мы оба окажемся с рисунками на коже…

Тату-мастер провел нас в небольшую комнатку за занавеской из маленьких блестящих камней. Внутри только два кресла и всякие баночки. Я перевела взгляд на Матиаса, чувствуя, как внутри все переворачивается от страха. Сейчас самое время развернуться и уйти, но он почему-то не двигался.

— Итак, кто первый?

— Уступаю даме. – Матиас повернулся ко мне, а я захотела провалиться сквозь землю. Повторюсь. Еще никогда в жизни я не заходила настолько далеко в этом плане. Ни разу!

Пора признаться.

— Ты уверен? – Кажется, надежда и растерянность в моем взгляде его развеселили.

— Разве это не твоя идея, любимая? – Если он еще раз назовет меня любимой, я точно врежу ему! – Хочешь, я буду первым? – О да, хочу. Хочу, чтобы ты сделал это тату, а я вышла из воды сухой.

Я кивнула. Матиас пожал плечами и занял одно из кресел, стянул рубашку, а я пыталась не пялиться на обнаженный торс, который буквально прошлой ночью прижимался к моей груди.

Не знаю, сколько времени мы тут провели, но когда тату Матиаса оказалось готово, я вовсю зевала и мечтала только о том, как развалюсь на своей кровати и усну. Но моим мечтам не суждено было сбыться, потому что Матиас, поднявшись, обхватил мое запястье, будто чувствовал, что я собиралась сбежать.

— Не так быстро, Элзи, – усмехнулся он, пока его пальцы сжимали запястье, усыпанное браслетами.

Я попалась в собственную же ловушку!

Ладно. Он не победит в этой игре. Я не любила оставаться в проигравших.

Я заняла его место.

— Отвернись, – фыркнула я, схватившись за бретельку платья. Матиас закатил глаза, сложил руки на груди.

— Стесняешься? – Нельзя же быть таким невыносимым! Черт бы его побрал! Я выгнула бровь, уставилась прямо на него и потащила лямочку вниз, наблюдая, как в зеленых глазах зажигался озорной огонек.

Я не собиралась проигрывать. Кажется, он тоже. И я ловила на себе изучающие взгляды, следила за тем, как он хмурился, когда задумывался о чем-то.

Я закусила губу, когда боль стала слишком неприятной, в этот же момент теплая ладонь дотронулась до моей.

Матиас оказался рядом, молча держал меня за руку, и ни одного ехидства не слетело с его губ. Он наблюдал за тем, как игла протыкала мою кожу, оставляя где-то внутри черную краску.

Наверное, мы оба проиграли. Упертые идиоты с тату, которое не собирались делать. Пожалуй, сейчас это звучало даже смешно.

Я зажмурилась, сжимая руку Матиаса в своей и пытаясь не думать о боли. Меня ждала куда большая задница, когда родители об этом узнают. А вот Матиас, кажется, ни о чем не переживал. Ему вообще было дело хоть до кого-то?

Как я дожила до момента, что делаю парные тату с первым встречным?

Я точно спятила.