Книга Сердце падшего короля, страница 16 – Кэтрин Болфинч

— Ты не наденешь это, – нахмурился отец, когда я вышла в небольшой зал ожидания. Мама скосила на него злой взгляд, затем нерешительно улыбнулась мне. Я закатила глаза.

— Если уж продаешь меня, то дай хотя бы выбрать упаковку.

— Не смей так говорить!

— А то что? Выдашь меня замуж за другого убийцу?

— Какая разница, Лола? Это ведь не мешало тебе скакать на его члене несколько лет!

— Николас! – воскликнула мама, прикрыв рот ладонью. Рамона молчала, рассматривая маникюр. Я же просто стояла, ожидая еще тонну оскорблений, которыми он осыпал меня каждый раз, когда я перечила.

— Ты все равно выйдешь за него. Мне плевать, что ты думаешь!

— Хорошо, если не в этом платье, то я появлюсь там голой.

— Нового никто не увидит, ты ведь крутишь задницей перед всем городом, позоря меня!

— Ты сам себя опозорил сделками с Санчесом, – хмыкнула я, сложив руки на груди. Лицо отца побагровело, он подскочил с дивана, в считаные секунды оказался рядом со мной. Кожу на лице обожгло. Звук пощечины звенел в ушах, а на глаза набежали слезы из-за внезапной вспышки боли.

Черт возьми.

Я просто стояла и смотрела на него. И ничего не могла сказать.

— Ты не имеешь права говорить так со мной, – прохрипел он. А мне так сильно захотелось воткнуть шпильку, держащую волосы, в его сонную артерию, что сводило челюсть.

Мама поднялась с дивана, осторожно взяла отца под локоть.

— Нам всем нужно выдохнуть, – ласково произнесла она. Мама всегда знала, как его успокоить. Рамона же только умела раздвигать ноги в нужный момент. Я выдохнула, отвернулась, пытаясь беззвучно глотать слезы. Я не расплачусь в голос перед ним, не покажу свою слабость. Нет уж. Он не увидит этого.

— Если ей так нравится это платье, то пусть берет его, любимый, – вдруг подала голос Рамона. Я повернулась, удивленно оглядывая девушку, что уже успела подсесть к отцу, кокетливо положить руку на его плечо и мило улыбнуться. Не знаю, как это работало, но она профессионально косила под дуру. – Вряд ли семья Санчес настолько консервативна.

Я вернулась в примерочную, стянула с себя платье, которое вмиг стало невыносимым. Теперь оно будет напоминать об этом инциденте. Вот так очередная сказка обернулась кошмаром. Я взглянула в зеркало. Еще никогда до этого я не видела в себе полное отсутствие жизни.

— Хорошо, пусть берет его, – донеслось приглушенное из зала. Я хмыкнула, оглядывая белую кружевную ткань. Вот и все. Совсем скоро все изменится.

Я вернулась в зал, уже одетая в привычные джинсы и шелковую блузку. Мама поднялась с дивана, оставляя на нем отца и Рамону. Я даже не посмотрела на них.

— Ты проголодалась? Может быть, сходим в твой любимый китайский ресторанчик? – затараторила мама, подхватив меня под руку. Я машинально кивнула, хотя последнее, чего я хотела – общаться с кем-то из них.

Мама все еще держала меня, когда мы вышли на улицу. Я зажмурилась и потянулась за солнцезащитными очками.

— Не злись на отца, ты ведь знаешь его, – проговорила мама, я выдернула руку. Стало противно, будто меня окунули в помои. Прошло три года с момента их развода, а она до сих пор защищала его, хотя он уничтожил и ее, и ее репутацию, и ее жизнь, и ее самоуважение.

— К черту вас всех, – выплюнула я и, не дожидаясь ответа, направилась в сторону такси.