Книга Сердце в оковах, страница 131 – Кэтрин Болфинч

— Разве вас не пьянит любовь? – хмыкнул Хорхе, сунув руки в карманы брюк. Роберт помог Мартине стянуть легкий плащ.

— Разве ты не собираешься жениться на Анабель? – Женщина вопросительно выгнула бровь, поправила браслеты на запястьях и, удовлетворенно хмыкнув, произнесла: – А где мой любимый внук?

— Только скажите, если вы в заложниках. – Хорхе подмигнул Роберту и посмотрел на Аарона. – Мне надо выпить.

— Надо было купить тебе ромашковый чай, – вздохнула я.

— Без обид, красотка, но тебе не приходится иметь дело с тещей или свекровью. Вы с Аароном хорошо устроились.

— Скажу это малышу Генри, – хмуро отозвался Аарон, направившись в сторону кабинета. Роберт, качнув головой, пошел за ними, а Анабель остановилась около меня, положив голову на мое плечо.

— Ты ведь знаешь, что он шутит? – тихо спросила девушка, думая, что комментарии Хорхе могли меня задеть. Признаться честно, за столько лет рядом он превратился из пьянчуги и язвительного придурка в еще одного брата, которого я никогда не хотела. Впрочем, в свои проблемы он меня не вмешивал.

— Каждый год одно и то же, Ана, я привыкла, – фыркнула я, обняв девушку за плечи. Она стала спокойнее, перестала тревожиться по пустякам, позволяла Хорхе решать проблемы и забирать Генри из школы, продолжала рисовать и успела получить художественное образование. Выбросила из гардероба старые джинсы и толстовки, сменила их на брюки и свитера. Хорхе хотел соответствовать, так что ему пришлось стать серьезнее. Никогда бы не подумала, что он на такое способен. Но, как оказалось, он умел удивлять.

— Девочки, почему мы все еще без бокалов? – всплеснула руками Мартина, появляясь в коридоре. Ана покачала головой.

— Потому что все уже должны быть за столом! – воскликнула я, глянув на время. Мартина и Анабель направились в сторону столовой, Роберт, Аарон и Хорхе выглянули из кабинета и поплелись следом.

Иногда жизнь казалась мне сном. Сном, который все никак не хотел заканчиваться. Да и, если честно, я не хотела просыпаться.

Маленький Генри, как обычно, звонко перебивал всех смехом, рассказывал истории о школе; Роберт не мог оторваться от Мартины; Аарон закатывал глаза, глядя на отца, а Хорхе вставлял ехидные комментарии.

Уже пять лет мы встречали Рождество вместе. Уже пять лет двадцать четвертого декабря в доме воцарялась настоящая суматоха, шум и гам, а после оглушающая тишина.

Ближе к вечеру все разбрелись, мы с Аароном очутились в гостиной. Вокруг висела знакомая тишина, прерываемая только тихим звоном посуды, которую убирала прислуга, и полумрак – почему-то мы никогда не включали свет.

Аарон задумчиво сверлил взглядом потолок, откинув голову на спинку дивана. Я глядела на него, гадая, когда наступит идеальный момент для разговора.

Он все никак не хотел наступать.

— Ты чем-то расстроен? – тихо спросила я, не выдержав пытку молчанием. Аарон выдохнул и сел, уперев локти в колени.

— Задумался о словах Хорхе про родителей, – отозвался он, прокрутив бокал в пальцах. – Все думаю, как бы мама отнеслась к тебе, как бы ждала нас на праздники. И что бы сказала твоя мама обо мне. – Аарон горько усмехнулся, а меня почему-то посетили такие же мысли. Я осторожно пересела к нему на колени, и руки Аарона тут же очутились на моей талии, придерживая.