Книга Сердце в оковах, страница 77 – Кэтрин Болфинч

— Ты мне веришь? – Он сказал это так тихо, что все внутри перевернулось, сжалось и едва не разорвалось, как напряженная пружина. Как это – довериться кому-то после стольких лет? Как это – снова стать живой?

Я не знала, но все равно прошептала в ответ:

— Больше всех. – А он улыбнулся самой счастливой улыбкой, которая только может быть. Я улыбнулась в ответ, чувствуя, как страх не уходит насовсем, но становится меньше.

Мне уже не страшно потерять себя, потому что это давно произошло, но лишиться его… так странно. Даже когда я просто об этом думала, в груди поднималась огромная волна пустоты, она походила на черную дыру, на тьму, которая сжирает изнутри медленно и мучительно. Она – главный враг человека. Она – самый жестокий каратель. И я знала, что она поглотит меня, если я вновь останусь одна.

Адам взял меня за руку, и мы вместе вышли из номера в предрассветные сумерки. Улица все еще пустовала, только воздух пропах недавним дождем и прохладой, из-за которой клубами вырывался пар изо рта.

Наступила осень. Только один раз за всю жизнь она принесла мне что-то хорошее. Это был год, когда я увидела Адама в библиотеке.

Я остановилась, дернув Адама за руку, и уставилась на место, где еще вчера стояла машина, на которой мы приехали.

Адам непонимающе глянул за спину, вопросительно поднял бровь.

— А где машина?

— Избавился от нее, пока ты спала. – Он говорил об этом так легко, будто сходил в магазин. Я выдохнула. Отлично, я все проспала.

Черт, мы и так рисковали, слишком задерживались.

— Больше так не делай, ладно? – тихо попросила я, пока голос в голове кричал о том, что я должна молчать. – Не уходи один, не сказав, куда и зачем. Вдруг… – я посмотрела на него. – Вдруг однажды проснусь, а тебя не будет рядом. И вдруг ты не вернешься.

Больше у меня никого нет в этом мире. Больше никого.

Адам не разозлился, наоборот, придвинулся ближе, собираясь поцеловать, но в последний момент замедлился, глянул мне за спину и резко отстранился.

— Идем. – Я не успела испугаться, как он сжал мою ладонь и потянул в нужную сторону. – Не оборачивайся, за нами кто-то идет, – процедил Адам, сжав челюсть. Страх вернулся, я ощутила его каждой клеточкой тела, он парализовал, сердцебиение участилось, и кожу обдало холодом, но я все равно смотрела вперед. Сказывались годы жизни с Вито – я научилась держаться в любой ситуации.

— Что мы будем делать?

— Прогуляемся, – отозвался Адам, а на его губах расцвела злая усмешка. Слишком отличающаяся от привычной улыбки.

Я согласно кивнула и просто шла рядом, цепляясь за него. Мы петляли по узким улочкам, совсем рядом легко разбивалось о песок море, холодный воздух остужал щеки, а присутствие Адама бесконечно согревало.

Даже если нас поймают, я буду рада, что мы прожили эти несколько дней вместе. Пусть они и казались ничтожно короткими. Наверное, мне и вечности с ним оказалось бы мало.

Адам закурил, возвращая меня на пять лет назад, когда мы гуляли до поздней ночи, громко смеялись и ловили осуждающие взгляды прохожих. Мы были влюблены, свободны и бесконечно счастливы. Мы упивались своими чувствами без страха, что кто-то накажет нас за любовь.

Говорят, что любовь – это жертва, но что, если в ее качестве требуют жизнь? Что тогда? Мне бы хотелось сказать, что это неправильно, но… пусть забирают. Пусть стучат в ритуальные барабаны. Я готова. Лучше ощутить любовь на парочку дней, чем прожить жизнь, так и не поняв, о чем все пишут книги, стихи и песни. Я получила ее сполна, а сейчас собиралась захлебнуться.