Книга На перепутье. Даард, страница 60 – Ника Летта

И он… просто замер по ту сторону решётки, но совсем близко. А потом очень медленно, очень явно оскалился.

Не улыбнулся. Именно оскалился. И меня накрыло. Тело будто перестало быть моим. Всё онемело. Сердце заколотилось так быстро, что я перестала понимать, дышу вообще или нет. Перед глазами поплыло. Воздух стал густым, как смола.

Он тихо выдохнул. С наслаждением.

— Вот. Именно так. — Голос его стал почти бархатным. — Замри. Умница. Когда вы цепенеете, в вас входить легче.

Артефакт в его пальцах тускло вспыхнул. И я почувствовала боль, как трещит черепная коробка. Как будто кто-то холодный, липкий и совершенно чужой провёл пальцами изнутри по моим мыслям. Скользнул по памяти. По страху. По чему-то очень личному, куда даже я сама старалась лишний раз не смотреть.

Я дёрнулась, но не смогла вырваться. Потому что вырываться было неоткуда. Это было уже внутри головы.

— Нет… нет… нет… — зашептала я.

Он прикрыл глаза, прислушиваясь, как музыкант к знакомой мелодии.

— Да, — выдохнул он. — Так и будет.

Потом отстранился, просто взял и отступил, будто ничего особенного не случилось. А я осталась сидеть, не в силах даже сразу вдохнуть нормально.

— Через два дня вернётся моя жена, — сказал он, снова начиная медленно кружить вдоль клетки, — Я тебя отпущу.

Я не сразу поняла услышанное. Жена?

— Правда, не насовсем, — тут же добавил он. — Я же не идиот. Но мне будет очень любопытно посмотреть, как кузина встретит кузена. И как быстро поймёт, что внутри уже не тот, кого она ждала. А затем ты станешь моим оружием. Император вряд ли будет ожидать ножа в спину от... друга

И снова безумно расхохотался

— Да, — сказал он почти радостно. — Мне тоже нравится эта часть плана.

Я сглотнула с трудом.

— Вы… псих…

Он замер. И на секунду я подумала, что сейчас он сорвётся. Но вместо этого он очень тихо рассмеялся.

— Возможно. — Он склонил голову. — Но это не отменяет того, что ты моя.

Меня будто ошпарило, а он развернулся и ушел прочь, весело что-то насвистывая. Я сползла ниже по стене, подтянула колени к груди и вцепилась в них так, будто это могло удержать меня от распада на части.

Мне было двадцать.

Двадцать.

Я должна была жить нормальную жизнь. Ругаться с мамой. Влюбляться не в тех. Пить кофе на бегу. Опаздывать. Работать. Спать. Дышать.

А вместо этого сидела в подземелье в чужом теле и пыталась не сойти с ума от мысли, что безумный псих решил превратить меня в ходячую куклу. С его уходом факелы на стенах начали гаснуть.

Я некрасиво расплакалась, так как не знала что хуже. Быть чьей-то куклой или мертвым телом.

— Мма-мааа...— мои жалкие всхлипы поглотила темнота.

Аширо впервые увидела сэйру советника в храме.

И если бы её спросили позже, чего она ожидала, ответа у неё всё равно не нашлось бы. Наверное, кого-то более величественного. Женщину, рядом с которой саш Маарц не выглядел бы так, будто в любую секунду готов перегрызть горло самой судьбе.

Но та, кого воронка выплюнула на каменные плиты храма, меньше всего походила на сэйру одного из самых опасных змайсов Элтаэ.

Растрёпанная. Бледная. В одежде непонятного кроя. С глазами, в которых сначала плеснулся чистый ужас. Затем добрая доля возмущения. В этой женщине всё было порывом. Испугалась — и тут же разозлилась. Пошатнулась — и уже пытается стоять сама. Не понимает, что происходит — но взглядом уже ищет виноватых.