Книга Повелитель стали, страница 75 – Рейчел Шнайдер

Мы с Экером ошеломленно переглядываемся, тоже разинув рты.

Я опять смотрю на Блю, боясь оторвать от него взгляд.

— Как он поместил ее в клюве?

Экер качает головой, так же изумляясь, как и я.

— Это магия. – Мы снова переглядываемся, и Экер тычет в меня пальцем. – Держи эту птицу подальше от меня. – Затем так же тычет пальцем в сторону Блю. – А ты держись подальше от моей еды.

Блю клекочет.

Я сажусь перед ним на корточки.

— Должно быть, ты здорово проголодался после такого перелета.

Мы смотрим друг на друга, и его глаза, черные, как обсидиан, не отрываются от моих.

— Я предлагаю тебе сделку. Мы будем выделять тебе еду, при условии что ты не будешь воровать наш улов. – Я прищуриваюсь, глядя на него и надеясь, что мы достигли понимания. – И Экер тоже не может быть твоей едой, – добавляю я для верности.

Я не знаю, действительно ли Блю способен съесть человека целиком, но не хочу рисковать.

Он несколько раз быстро щелкает клювом, и я предполагаю, что это означает согласие.

Трудно описать жажду тому, кто никогда ее не испытывал.

Не важно, как часто я облизываю губы или как часто сглатываю – от потрескавшейся кожи и першения в горле никуда не деться. Однако все было бы гораздо хуже, если бы не было еды и того небольшого количества влаги, которое мы получаем из пойманной рыбы.

Экер почти ничего не говорит, да и я тоже. Трудно думать о чем-либо, кроме жажды и желания добраться до места назначения. Небо постоянно затянуто облаками, днем и ночью. С одной стороны, солнечный зной доконал бы нас, с другой – у нас нет возможности определить наше местоположение по звездам.

Блю летает над нашими головами, расправив крылья по ветру. Мы не отклоняемся от курса на север, дежуря по очереди, чтобы следить за парусами и не пропустить возможного появления кораблей на горизонте. Дни тянутся мучительно медленно и в то же время пролетают, как в тумане, и их прошло так много, что я почти сбилась со счета.

Мы поймали необходимый ритм: просыпаемся, едим, спим, и так по кругу.

Экер дремлет, поскольку качка убаюкивает его, я зеваю, наверное, уже в сотый раз. Мы движемся достаточно медленно, чтобы я могла освежиться в воде и сходить по нужде. Это также дает мне возможность проверить, не пристали ли к нашему днищу ракушки. Если мы вовремя не уберем их, они могут облепить его, и это снизит нашу скорость, поскольку увеличит сопротивление корпуса воде.

Экер не просыпается, его грудь по-прежнему мерно вздымается и опускается в такт дыханию, когда я раздеваюсь до нижнего белья. Я сажусь на борт лодки, обвязываю вокруг талии швартовочный трос и соскальзываю за борт. Я наслаждаюсь прохладой океанской воды, она словно бальзам для разгоряченной кожи, когда я лежу на спине.

Через какое-то время я призываю кинжал и подныриваю под лодку. На днище в районе кормы появилось несколько скоплений ракушек, и я легко убираю их. За один раз я счищаю целую горсть и, выплыв на поверхность, чтобы набрать воздуха, скармливаю их Блю.

Я повторяю эту процедуру столько раз, что теряю счет времени. Это приятная передышка, благодаря которой я могу отвлечься от того, насколько мне скверно. Хотя я понимаю, что должна была покинуть Элэху, это не мешает мне тосковать по дому. Я скучаю по своей маленькой комнате в круглой хижине, по своей кровати и по уверенности в завтрашнем дне. Я скучаю по Кею и Мессеру. И, может быть, даже по Авроре, но, скорее всего, это из-за обезвоживания.