Онлайн книга «Колодец и бабочка»
|
— Что у тебя произошло? – спросила та, игнорируя ее вопрос. – Нет, это никуда не годится, ты совсем себя загнала. Пойдем, я угощу тебя кофе. Наташа безвольно плелась, ведомая Любой под руку. Та привела ее в «стекляшку». Они заняли единственный столик, стоящий на веранде. «Остальные под крышей чахнут, он один удрал на свежий воздух», – подумала Наташа, смахивая мелкий лиственный сор с сиденья. Люба придвинула свой стул вплотную к ней. — Расскажи, что тебя тревожит. – Она сострадательно смотрела на подругу, даже попыталась взять ее за руку. Наташа мягко забрала ладонь. – Я же вижу, как ты измучилась… — Люба, зачем ты приехала? – Наташа не прикоснулась ни к кофе, который поставил перед ней официант, ни к бутербродам. – Дружба наша закончилась. Обе мы друг от друга устали… — Зачем ты так говоришь! Я убеждена, нет, я настаиваю, что это временное явление, и наши отношения представляют для нас обеих большую ценность! Мы сейчас проходим с тобой трудный этап… На трудном этапе Наташа отключилась. Люба продолжала говорить – пылко, взволнованно; она приводила аргументы, взывала к памяти об их школьном товариществе, напоминала, сколько радости было в их дружбе… Наташа смотрела на ее хорошенькое маленькое личико и думала, что Люба похожа на Хелену Бонэм Картер, только без ее отрешенной задумчивости и сумасбродности. Хлопнула дверь кафе, Люба вздрогнула. — Нервы ни к черту… – Она провела рукой по волосам. – Сегодня весь день чудилось, будто за мной следят. Кому понадобилось бы меня выслеживать? Глупость, болезненная причуда воображения… Туся, мне так тебя не хватает. Все эти дни я сама не своя. «Что ж ты такая душная зануда», – с тоской подумала Наташа. Она через силу улыбнулась и поднялась. — Прости, мне нечего тебе ответить. Я лучше пойду. Неделя выдалась тяжелая… Люба с неожиданной силой схватила ее за руку: — Посиди со мной хотя бы пять минут. Я боюсь оставаться здесь одна. Наташа села, оглядела парк. Никто за Любой, конечно, не следил. Гуляли с колясками няни и молодые матери, пенсионерки в соломенных шляпках бродили парами, на спортивной площадке разминался молодняк. — Подожди, у тебя сор в волосах… Люба потянулась к ее голове. «Две обезьяны, – подумала Наташа. – Одна вычесывает блох у другой». Когда Люба слишком сильно дернула ее за прядь, она ойкнула. — Извини. Уже все. – Люба положила на стол сухой черенок от листа. – Туся, я лишь хочу, чтобы ты помнила: если тебе потребуется помощь, я рядом. 4 …Наташа не стала ждать трамвая и пошла пешком. Небо затянуло тучами, сгустились ранние сумерки. «Не попасть бы под ливень», – озабоченно подумала она, ускоряя шаг. Куда-то исчезли почти все пешеходы, только подростки гоняли на самокатах, чиркая из-за плеча и проносясь в миллиметре от нее. Наташа так устала, что даже не пугалась. Не доходя до дома, она замедлила шаг и, поколебавшись, свернула к магазину. Десять минут спустя вышла, прижимая к себе пластикового дракона. Дракон был большой, жесткий, с оттопыренным, как у скорпиона, хвостом. В сумку он не влезал. Наташа, поколебавшись, сунула его в карман своего сарафана. В качестве рабочей одежды сарафан был незаменим: в просторный центральный карман помещались карандаши, кисти, мелки, ножницы и вообще все, что могло пригодиться на занятии. |