Книга Колодец и бабочка, страница 94 – Елена Михалкова

— Чем мы сегодня займемся? – бодро спросила Мария Семёновна и крикнула: – Таня, у тебя что-то пригорело! Люди в доме, а у нас пожар!

Выглядела она лучше, чем в их последнюю встречу. Снова командовала, снова шпыняла старшую дочь и даже на Наташу поглядывала повелительно, словно размышляла, как бы и ее приспособить к делу.

— Сегодня рисуем домашнего питомца, – сказала Наташа.

Суть задания Федосеева уловила быстро. Домашним питомцем она выбрала тигра. Ничего фантастического в нем не было, и никаких дополнительных способностей Мария Семёновна не стала изобретать; просто тигр, который охраняет ее и готов растерзать любого, на кого покажут. С удовольствием выкрашивала кисточкой полосы. Особое внимание уделила когтям и клыкам. Болтала на отвлеченные темы.

— …А вы на холку мою посмотрите, Наталья Леонидовна! Вдовий горбик уменьшается! Значит, занятия с Жанной идут на пользу. В Китае, между прочим, есть государственные программы по поддержанию здоровья пенсионеров. А у нас что? Разруха, как обычно!

— У нас есть группы здоровья в «Московском долголетии», – машинально заметила Наташа.

Мария Семёновна отреагировала без воодушевления. Советы ей не требовались. И уж конечно, как запоздало сообразила Наташа, она не променяла бы частные занятия с Жанной на групповые.

Дверь в комнату была приоткрыта, и до Наташи доносился из кухни разговор сестер вперемешку с коротким постукиванием ножа.

— …Она меня зовет проехаться до Нового Иерусалима, послушать ее программу… Автобус с паломниками. Если мне понравится, она готова пристроить меня на свое место. Я раскладывала для нее карты, и знаешь, что они показали? Надо переезжать. Она уже вещи собрала, познакомилась с одним там мужчиной, по Интернету, конечно, но человек очень многообещающий…

— Алина, да ты ж не знаешь ни бельмеса… – озадаченный голос Татьяны. – Как ты будешь вести экскурсию? Ты хоть догадываешься, где находится Новый Иерусалим?

— В Израиле, – обиженно отозвалась Алина.

В ответ раздался приглушенный смех.

— От тебя нет никакой поддержки, – сердито заговорила Алина. Постукивание ножа стало громче. – Я стою на перепутье, обдумываю будущую карьеру… Карты дают двойственные советы, я в ситуации непростого выбора…

— Какая карьера? Будешь ездить на Истру и обратно, рассказывать про центр русского паломничества и объект культурного наследия.

— На Истру? – растерянно переспросила Алина.

— Ну не в Израиль же. На автобусе.

— Алина, не растрачивай попусту свой талант! – вдруг зычно крикнула Мария Семёновна над ухом у Наташи, которая как раз наклонилась поправить кисточкой растекшееся тигриное брюхо. – Нельзя тебе в экскурсоводы! Связки надо беречь.

И доверительно добавила, обращаясь к Наташе:

— Знаете, как она подражает голосам? Попросите ее как-нибудь показать. Хоть Ельцина вам изобразит, хоть Мирей Матье. Однажды, лет двадцать назад, она меня разыграла. Звонит телефон, я поднимаю трубку, а из трубки директриса их школы мне говорит: «Вам, Мария Семёновна, следует наградить вашу дочь за выдающиеся успехи в учебе. Выдайте ей пятьсот рублей». – Федосеева затряслась от смеха. – Пятьсот рублей, Наталья Леонидовна, можете себе представить?

В дверном проеме возникли сестры. Высокая темноволосая Татьяна в шортах и рубашке с высоко закатанными рукавами и Алина в желтом сарафане, с пламенеющей своей рыжей головкой.