Книга Мертвый кролик, живой кролик, страница 49 – Елена Михалкова

Он ожидал увидеть в приемной победительницу одного из региональных конкурсов красоты, но секретаршей оказалась немолодая женщина с седым учительским пучком. Акции Ратманского в глазах Бабкина сразу подскочили вверх.

— Проходите, пожалуйста, Константин Михайлович ждет.

Навстречу им из-за широкого стола поднялся пожилой человек в твидовом пиджаке. Бабкин заметил резьбу на широких тумбах-основаниях – жутковатые раскосые лица китайских демонов.

Кабинет был выдержан в коричневых и темно-зеленых тонах. Книжный шкаф до потолка; вместо привычных жалюзи – тяжелые шторы с кистями; на столе библиотечная лампа с зеленым плафоном. От комнаты исходило ощущение чопорного уюта. На стене напротив окна висели две огромные черно-белые карты Северного и Южного полушарий. Приглядевшись, Сергей обнаружил в Тихом океане силуэт гигантского дракона.

— Здравствуйте. Присаживайтесь. – Ратманский пожал им руки и вернулся на место.

За свою жизнь Бабкин перебывал во многих начальственных кабинетах. Повсюду он видел ту лубочную претенциозность, по которой безошибочно опознаются интерьеры людей, облеченных властью. Двуглавые хохломские орлы на шкафах. Отлитые в бронзе кони. Плохая живопись на стенах, кожаные диваны и вычурная лепнина – неизбежный постсоветский китч. И обязательное пресс-папье на столе. Никогда в жизни Бабкин не встречал человека, который пользовался бы пресс-папье. Судя по прочитанным книгам, этот предмет годился исключительно для убийства.

У Ратманского на столе, кроме ноутбука, стоял только портрет в простой рамке: они с дочерью на палубе яхты, за ними – белые скалы и ослепительная синева. Пейзаж был очень знакомый, словно затертый миллионом одинаковых фото в Сети, но в то же время почему-то совершенно неземной. Как будто снимали на другой планете.

Кресло, в которое опустился Сергей, оказалось удобным. В меру жестким, просторным и в то же время мягко поддерживающим под локти, словно заботливый дворецкий.

— Надеюсь, вы извините мою бесцеремонность. – Ратманский говорил негромко, но напористо. – Вам известно, как важно действовать в такой ситуации без промедления. За ночь ничего не решилось, хотя я возлагал большие надежды на своих… – Он прервал себя коротким раздраженным жестом: – Не имеет значения. Нина вчера была у вас. Вечером она исчезла. После визита к вам она звонила мне, так что я знаю о вашей встрече в общих чертах, без подробностей. Какой она показалась вам?

— Собранной. Испуганной. Взвинченной, – перечислил Макар.

Ратманский кивнул, словно ждал именно такого ответа.

Он был невысок и худощав. Чисто выбритые обвислые щеки и мешки под глазами придавали ему сходство с бассет-хаундом. Умное лицо, внимательный быстрый взгляд.

— Нина исчезла в районе Таганской, – сказал Ратманский. – Мы с ней договаривались поужинать в девять, она не приехала в ресторан. В десять я начал ей звонить, в одиннадцать двадцать мы нашли ее «Мерседес». Телефон был в салоне.

— Водитель? – спросил Макар.

— Нина отпустила водителя. Ей нравится ездить самой. Говорит, сосредотачивается за рулем, думается лучше. Белла Тихоновна, принесите нам, пожалуйста… – Ратманский сделал паузу и вопросительно посмотрел на сыщиков.

— Эспрессо без сахара, – попросил Макар.

— Сладкий чай, будьте добры, – скрывая удивление, сказал Бабкин, пытаясь понять, каким образом Ратманский связался с секретаршей.