Онлайн книга «Лягушачий король»
|
— Что не сачкует, а едет на заслуженный отдых. Каких-то три часа автобусом – и речка, банька, кореша… — Банька, надо думать, в деревне? – подала голос Тарбеева. — Наверное… – Она состроила озадаченную гримасу. – Точно, я сейчас вспомнила! Это была какая-то деревня! А способ-то ваш работает! Развеселившись, Лена покрутила ладонями перед лицом. — Это не способ работает, это вы исключительная умница, – одобрительно сказала Лидия Рушановна, и девушка зарделась. «Не перехвалить, иначе отвлечется – и прощай, наша деревня черт знает где», – мысленно предостерег ее Сергей. Вслух спросил, о какой речке могла идти речь. О Волге, может быть? — Ой, нет, не Волга, – твердо сказала она, но в следующую секунду спохватилась: – Не знаю, почему я так решила. Может быть, и Волга… Или Вятка? Кажется, все-таки Вятка… Я не уверена. Он сверился с картой, пока Лидия Рушановна перехватила управление разговором. Господи, сколько их тут, этих деревень! — Он на машине собирался ехать? – спрашивала меж тем его временная напарница, она же самоназначенное начальство. — Автобусом, – без тени сомнения ответила Лена. – «Три часа трястись автобусом», – вот как он сказал, а я еще подколола его, мол, такой хороший шофер – и без своей тачки. А он как раз старую продал, новую купить не успел. — Почему не на такси? – удивилась Тарбеева. — Что вы! Дорого! А так-то сел – и по дороге, по дороге, через поле, глядишь в окно да музыку слушаешь… — Гриша слушал музыку? – уцепилась Тарбеева. Лена смутилась. — Нет… Это я слушаю… Бабкин отложил бесполезную карту. Каких-то три часа автобусом – и речка, банька, кореша… Назвал ли Богун деревню? Можно, конечно, воткнуть иглу циркуля в автобусную станцию на карте, подсчитать, какое расстояние проходит рейсовый автобус за три часа, и начертить круг. Заложить запас в десять-двадцать километров и в этом кругу перебирать все населенные пункты, возле которых есть хоть подобие речушки или озера. Даже не сверяясь с картой, Бабкин подозревал, что на это уйдет две недели. А главное, способ не отличался точностью. — Лена, вы помните, о чем подумали, когда Григорий сказал о деревне и корешах? — Ну, об отпуске… Что мне еще до вечера пахать и пахать… — А еще о чем? — Что купальник надо купить, – шепотом созналась девушка. Бабкин сделал вид, что не слышит, погруженный в свои изыскания. — Купальник, да… – Лидия Рушановна задумчиво покивала. – А после купальника о чем вы подумали? — О Грузии… — Почему о Грузии? — Даже не знаю… Там хорошо, наверное. Тепло, фрукты… Про бабушку вспомнила, у бабушки на стене висела… Она осеклась, уставившись перед собой. «Вот оно», – мысленно сказал Сергей. Тарбеева догадалась, что происходит, и тоже молчала, даже не смотрела на девушку, просто знай себе помешивала остывший кофе, стараясь не звенеть ложечкой. — Чеканка, – выдохнула Лена. – У бабушки в ее комнате висело настенное панно, девушка с кувшином. Я очень любила разглядывать ее, когда была маленькой. И в Грузии тоже – чеканка! Это как-то связано с Гришиной поездкой… Глаза ее забегали, словно перед ней мелькали невидимые строчки. Лицо приобрело то отчаянное, напряженное выражение, какое бывает у посетителей продуктовых, пытающихся вспомнить последний пункт из списка, без которого остальные покупки не имеют смысла. |