Книга Лягушачий король, страница 190 – Елена Михалкова

— Значит, Дмитрий хотел уйти от жены, – задумчиво проговорил он.

Анна ожесточенно закивала.

— Тяжело, наверное, было ждать, пока он решится, – так же сочувственно, будто размышляя вслух, продолжил Илюшин.

— А я все равно знала, что он будет мой! – болезненно вскинулась она. – Со дня на день хотел уйти от нее! Только она к нему присосалась, как пиявка, – не так-то просто было сбросить! Жирная, противная – фу!..

— Вы хотели помочь Дмитрию, – понимающе кивнул Илюшин.

— Вот именно! Помочь хотела! Я бы все для него… – Она сухо всхлипнула и потянулась за новой сигаретой.

— Мужчины редко могут понять, какую игру ведут вокруг них жены…

Илюшин шел напролом, но ему нужно было услышать подтверждение от этой женщины.

— Да дураки вы все, что уж говорить! – в сердцах бросила она. – Вроде объясняешь-объясняешь, а как дойдет до дела – ему опять задурили голову. Я уж и так ему, и эдак… А Дима вернется домой, эта корова начнет ныть, он и размякает. Не понимал, что она им вертит, как хочет. Думаешь, она из-за него старалась? Просто не хотела другой его отдавать! Проигрывать не желала! Психология! Я книжки читала. – Она кивнула на полку над столом, где рядом с диффенбахией лежали стопкой «Рожденная желать», «Будь в плюсе» и автобиография Мэй Маск. – Когда поняла, что проиграет, тогда убила Диму. Чтобы он никому не доставался.

— Правдоподобно, – согласился Макар. – Я только одного не понимаю. Откуда она могла знать, что ее муж полюбил другую?

Анна многозначительно усмехнулась.

— Женщина такие вещи чувствует!

— Не каждая, – возразил Илюшин. – Разве Дмитрий ей признавался?

Она замялась.

— Ему жалко ее было, – нехотя сказала она.

— Не признавался, значит. Тогда откуда она могла узнать?

Анна смотрела на него, забыв про тлеющую в пальцах сигарету, и выругалась, когда обожгла пальцы. Илюшин загнал ее в ловушку. Если она хотела убедить его в причастности Шеломовой к убийству, ей нужно было доказать, что та знала о романе мужа.

— Ну если мужчина возвращается домой, а у него на рубашке губная помада, это что, непонятно, что ли? – не выдержала она. – В курсе она была! Пусть не притворяется!

— Помада – это убедительно…

— …А если от него духами несет! Где это он на стройке духи-то женские подцепил?

— Духами? – переспросил Макар.

— А чего такого! – Она вошла в раж. – На войне, как говорится, все средства хороши! Я ему добра хотела. Чтобы не кис со своей толстухой!

— Поэтому вы обрызгали Шеломова своими духами, – сказал Илюшин. – Чтобы жена учуяла аромат, устроила скандал и выставила его. Тогда он наконец-то ушел бы к вам.

Видимо, голос его все-таки прозвучал странно, несмотря на все старания, потому что женщина притихла.

— Ну, не то чтобы так уж… – без прежнего напора сказала она. – Мы с ним поссорились перед его уходом. Я взяла да в шутку попшикала на него. В шутку! Просто так! А чего он мне мозги крутить решил! – Анна снова начала распаляться. – То «кисуля-люблю-не-могу», то «извини, я пошел к жене»! Да катись ты тогда!

Она пнула соседнюю табуретку. Макар поймал ее и отодвинул в сторону.

— Что это были за духи?

— Теперь-то какая разница? Мои духи! Обычные!

Он молча смотрел на нее, и под этим взглядом Анна отчего-то поднялась, ворча себе под нос, что не нанималась тут… может, еще белье тебе показать… любопытные все такие, слов нет… Прошла в комнату и вернулась с флаконом.