Книга Убийства на выставке собак, страница 64 – Питер Боланд

— Думаю, это и есть веймарская легавая Макс, – заметила Сью.

— Неудивительно, что он в прошлом году выиграл конкурс «Самые милые глазки», – заявила Дэйзи. – Они такие красивые!

Саймон Ле Бон с энтузиазмом замахал хвостом, надеясь, что нашел нового друга. Но, как и его хозяйка, Макс не посчитал нужным спрыгнуть с дивана и поприветствовать гостей. Он невозмутимо отвернулся и исчез за спинкой дивана.

Дин Аткинс расхаживал взад и вперед перед дамами, его разговор по телефону превратился в вербальный борцовский поединок, с каждым словом он говорил все громче и агрессивнее.

— Да, но вы говорили, что вам не нужны никакие документы… у нас была устная договоренность… о, вы этого не помните… как удобно…

Ожидание становилось все более неловким, а дискуссия все более жаркой. Троица невольно попятилась от Аткинса подальше. Виды, открывавшиеся из окна, притягивали к себе, и дамы подошли к стеклянной стене. Увиденное их не разочаровало. Фонари рассеивали мягкий оранжевый свет в темноте, освещая пешеходную дорожку вдоль мягких изгибов реки. Множество небольших лодочек покачивалось на ее водах, которые тихо неслись мимо каменных стен колокольни Крайсчерческого монастыря, которая великолепно освещалась прожекторами.

— Не смотрите на то, что не можете себе позволить, – прозвучал голос у них за спинами. Все трое повернулись и увидели, что Дин Аткинс закончил разговор и самодовольно им улыбается. Он произнес это в шутку, но ему не удалось скрыть снисходительные нотки в голосе. – Простите. Заключаю сделки с зарубежными партнерами. Покупаю и продаю валюту. Нужно было поймать человечка в Куала-Лумпур, пока их офис не закрылся на ночь. Банда жуликов, говорят, что перевод не прошел. Думают, что я вчера родился.

Фиона не собиралась оставлять его снисходительное замечание без внимания.

— Откуда вы знаете, что мы не можем себе это позволить?

— Я разбираюсь в людях, а вы из благотворительной организации, так ведь?

Они не звонили ему перед своим приходом и ничего не говорили о цели своего визита. Неужели все так очевидно?

Дин Аткинс улыбнулся.

— Простите, но никто из работающих в сфере благотворительности, кого я знаю, не купается в деньгах. Я не хотел показаться грубым. Я хотел сказать, что я такой же, как вы.

Фиона очень сомневалась, что он такой же, как они. У него имелись все символы успеха, и он не боялся их демонстрировать. Большой, вульгарный дом, жена-трофей и, вероятно, еще и специальный ящичек в шкафу, где хранятся дорогие часы, которые сами заводятся, когда их не носят. Если б у Фионы были деньги, она бы так не жила.

— Вначале я перебивался разными подработками. Перебивал одно, перебрасывал другое, – он расхохотался от собственного выбора слов. – Но если серьезно, я начинал с транспортных услуг. Покупал и продавал подержанные грузовики. Вот так и нажил первое состояние. Знаете, как говорят? Где грязь, там и деньги. Или можно сказать: где грузовики, там и деньги. – Он снова захохотал. – Всем же нужно что-то перевозить, правильно? Подождите секундочку, я сейчас вернусь с пакетом для вас. Куда же я его дел? – Он вошел в кладовку, но тут же вернулся. – Нет, там нет. – Дин пересек кухню, заглянул в еще одну комнату, в которой дамы заметили бильярдный стол. – Нет, и здесь нет.