Книга Чужая. Цветок викинга, страница 41 – Мастерица

Эйнар смотрел на застывшую перед ним девушку, которая, не мигая, смотрела на него. Он позвал её. Она не отозвалась. Что-то не так!

— Уна!

Он видел, как она вздрогнула и моргнула.

— Простите…

Она схватила его за здоровую руку и подвела к кровати. Он сел, а она принялась обрабатывать его рану. Затем перевязала руку и аккуратно завязала концы повязки.

— Тебе нужно хорошенько отдохнуть, ложись, — сказал он, поднимаясь.

А ему ещё столько нужно сделать. Собрать уцелевших воинов, убрать тела врагов и своих воинов, захоронить погибших. Приступить к более активному укреплению замка. Две стены они уже перестроили раньше, сделав их высокими и непробиваемо-прочными. Третью не успели…

Эйнар весь остаток дня и вечер провёл с воинами, работал сам. Тёмной ночью он вернулся в замок. Зашёл в комнату, где спала Уна. Подбросил дров в небольшой камин. Он знал, что она и Хильда вечером осматривали раненых. Их было много, слишком много. И, не смотря на то, что почти все нападавшие были уничтожены, убитыми оказались и несколько его воинов. В том числе и одноглазый Эл…

Эйнар присел возле кровати, рассматривая мирно спящую девушку. Сколько же мужества и отваги в ней! Как он мог раньше думать о ней, что она хилая и никчёмная??

— Папа… — Пробормотала девушка во сне.

Эйнар нахмурился. То, что Орм затаился, тревожило его. Но, вся надежда была на Флоки, который перед своим отъездом пообещал следить за ним, и таким образом, хоть немного искупить свою вину. Он знал, если Флоки вцепится во что-то, его не оттащишь.

Он медленно и осторожно, чтобы не разбудить, провёл рукой по волосам девушки. Затем поднялся и пошёл в свою комнату, где разместился раненый Фроди. Всю ночь он дремал в кресле, прислушиваясь к дыханию друга.

Утром его разбудили тихие шаги. Он открыл глаза и увидел, что в комнату, осторожно обходя дверь, лежащую на полу, зашла Уна. Она подошла к Фроди и потрогала его лоб.

Эйнар поднялся и подошёл к ним.

— Как он? — спросил он хриплым голосом.

По правде говоря, тот выглядел ужасно. Слишком бледная кожа, запавшие щёки, грудь, едва подымающаяся и опускающаяся в такт дыханию.

— Жара нет. Это хорошо, — ответила Уна, — но он потерял слишком много крови. Хильда ещё вчера начала отпаивать его отварами, но… Этого недостаточно.

Эйнар нахмурился, смотря девушке в лицо.

— Откуда ты всё это знаешь? Так искусно штопаешь раны? Где ты этому всему могла научиться?

Уна застыла под его испытующим взглядом. Что сказать? Рассказать всю правду? Хоть кому-то! Ей так давно этого хотелось! Но, нет, нельзя. Это слишком опасно. Её сочтут спятившей. И неизвестно, как Эйнар поступит с ней. Она ещё не слишком хорошо его знает и понимает, чтобы предугадать его реакцию…

Поэтому она молчала. Просто молчала, слыша его тяжёлый, раздражённый вздох. И в этот момент раздался стон Фроди. Они тут же повернулись к нему.

— Вскоре он может начать приходить в себя и начнёт двигаться. Может случайно повернуться и повредить рану. Его нужно привязать, — сказала Уна.

Эйнар кивнул. И вскоре они уже привязывали воина длинными и прочными кусками полотна к изголовью и краю кровати. Завязывая прочный узел на руке брата, Уна заметила, как тот открыл глаза и едва осмысленным взглядом посмотрел на неё.

— Всё хорошо, — тут же сказала она, — ты ранен, тебе нельзя двигаться….