Книга Сердце гор, страница 6 – Яна Кроваль

— Что с ней? — по-настоящему заволновался гость.

— Ничего серьёзного. Обычная дурость. Зато теперь я догадываюсь, что это был за выстрел. Её ищут.

— Тогда скажи ей, чтобы она не сопротивлялась. Я её вытащу.

— Пустая трата времени. Она не дастся. Ни тебе, ни мне.

— Почему?

— Потому что иначе её убьют. За то, что позволила к себе прикоснуться. Я же говорил.

— И что же нам делать?

— Ни-че-го. Мы не можем ничего сделать. По-хорошему, она вообще не должна была выходить из дома одна. И она это знает. Потому и ведёт себя соответственно.

Гость заколебался.

— Пойдём, пока нас рядом с ней не застали, — продолжал уговаривать горец. — А то ещё обвинят, что это она из-за нас под землю провалилась.

Последний раз посмотрев на притихшую девушку, гость неохотно выпрямился, шагнул прочь — и тут девушка снова заговорила:

«Не уходите!» — прошептала на родном языке, на мгновение протянув руки к гостю.

Однако тут же спрятала их обратно и потупилась.

— Что она говорит? — остановился гость.

— Просит задержаться.

Гость медленно обернулся, вернулся и присел перед девушкой на корточки.

— Ты позволишь мне тебя вытащить? — очень осторожно, будто разговаривая с ребёнком, спросил он.

Для лучшего взаимопонимания свои слова он проиллюстрировал жестами — и девушка робко кивнула, по-прежнему стесняясь смотреть в глаза чужаку.

Горец негромко выругался, однако друга не бросил, продолжая контролировать окрестности. А гость между тем очень медленно наклонился, робко коснулся тела девушки, а затем, убедившись, что биться в истерике она действительно не собирается, рывком поднял её в воздух, чтобы через мгновение плавно опустить на землю. Девушка пошатнулась — по тонким, как у газели, исцарапанным ногам заструилась кровь, и гость, не выдержав подобного зрелища, без лишних слов подхватил свою добычу на руки — легко, словно она ничего не весила.

Смирившись со своей печальной участью, девушка покорно обняла мужчину за шею, обречённо спрятав лицо у него на груди. Естественно, такое самоуправство не пришлось горцу по вкусу, он скривился, однако возразить не успел.

Раздался выстрел, мягкий удар, гость коротко вскрикнул, разжал руки — и завалился набок. Девушка чудом успела спрыгнуть, ловко развернувшись в воздухе лицом к нападавшим, и, заслонив упавшего, встала между ним и братьями. Горец, в первый момент прицелившись в ответ, с досадой опустил ружьё — девушка перекрыла ему линию огня — и, плюнув на всё, бросился к другу.

Стрелять всё равно было глупо. Ведь он один — а их двое. Притом за ними клан. А за ним — никого...

Осмотрев ранение гостя, горец облегчённо выдохнул. Его друг был жив, просто без сознания. Крови натекло много, однако сама рана не представляла опасности: пуля прошла по касательной, оставив после себя длинную полосу с неровными краями, но не задев ничего важного. И всё же пастухи могли завершить начатое. И пускай пока они не видели цели — гость находился в мёртвой зоне, за большим камнем, куда укатился после падения — с каждой минутой враги подходили всё ближе. И горец решил вмешаться.

Пока девушка лепетала что-то бессвязное, готовясь принять на себя весь удар и всю ответственность за произошедшее, горец наскоро перевязал другу голову бинтом из походной аптечки, сунул своё ружьё ему под бок и выпрямился во весь рост, демонстративно держа пустые руки на виду.