Книга Жаркий фермер. Битва за хозяйство, страница 42 – Елизавета Домина

— С такими темпами мы до заката будем к озеру ехать. ― Покачиваясь в седле, Илья не отводил взгляда от спутницы.

— У меня уже мышцы болят. Можно я слезу и просто рядом пойду?

— Нет. Тренируйся.

— Далеко до озера?

— Рядом. Догоняй! ― Илья стремительно рванул вперёд, Люся ускоряться не собиралась. Она только смирилась с тем, что на лошадь взобралась, зачем ей рекорды? Она любовалась им, восхищаясь. На что только не идут женщины ради любви. Радует, что этот хотя бы не занимается парашютным спортом, не заставит прыгать вместе с ним с самолёта.

Живописное озеро манило глянцем, в ряби россыпи волн искрились лучи солнца. Простор зелёного горизонта стелился велюром сочной травы. Фермер помог Люсе спуститься с лошади, замерев на мгновение. Он виноват: бросил её на тропе верхом одну. Она возмущалась, ругалась, размахивала руками, обвиняла в безответственном отношении, не заметив в пылу гнева: его ладони по-прежнему лежат на её талии. Илья слушал, и улыбка постепенно сходила с его лица.

Он пристально посмотрел в глаза, силой привлёк к себе, робко коснувшись губами её губ. Людмила обняла его за шею, не желая разрывать томительную негу поцелуя. Слияние двух дыханий в одно. Эйфория. Она позволила себе быть слабой в его объятиях, тело наполнилось трепетной лаской. Звуки леса растворились в вакууме избытка чувств. Пульсацией отозвалось пробудившееся женское лоно. Его ладони спускались вниз по её изгибам. Смелее, глубже, жарче. Эмоции искрили, словно оголённые провода.

— Такой ты нравишься мне больше, ― прошептал он.

Люся не хотела отвлекаться на разговоры, нащупала на его тугих джинсах холодный металл пуговицы, расстегнула. Молния податливо отозвалась на движение пальцев, высвобождая из тесного плена его достоинство.

— Кто-то не носит нижнее бельё? Это возбуждает, ― её голос разлился патокой.

Илья развернул Люсю к себе спиной, ловко спустил её брюки. Робкий стон вырвался из уст Людмилы. Слегка прикусил за шею, привлёк к себе. Его дикое, жаркое дыхание отзывалось мурашками на коже Людмилы. Блаженство захлестнуло разум. Он овладевал ею в ожидании, когда волна экстаза накроет партнёршу. Тело Люси задрожало на пике удовольствия, фермер захватил её в свои крепкие объятья.

Они затихли, не желая разбавлять словами удовольствие.

— Ты потрясающая, ― прервал молчание он.

Люся довольно потянулась, улыбнулась, скинув с себя одежду, с разбега погрузилась в озеро. Да, она потеряла стыд, не подумала, что кто-то может их заметить на берегу. Да, она отдалась ему будто дикая женщина первобытному зову. Но раскрепощение, которое освободило её от гнёта рамок и устоев, нравилось ей гораздо больше, чем привычные маски. Она наслаждалась тёплыми водами. Когда Илья скинул с себя одежду, войдя следом, Людмила любовалась им открыто, без стеснений и снова желала почувствовать, как он обладает её телом.

Стеснения исчезли, страхи растворились в плясках дофамина. Как долго она сдерживала себя и вот теперь, когда он настиг её в воде и вновь привлёк к себе, Люся обвила руками его шею. Слились в поцелуе. Он приподнял её, она объяла бёдрами его торс.

Они лежали на берегу голые, раскинув в стороны руки. Тело приятно ныло после непривычной встряски. Давно у Людмилы не было такого секса, чтобы колени дрожали после. Она смотрела на облака, плывущие по небу, и в этой беспечности была безгранично счастлива. Закатное солнце кистью небрежно начертало оттенки охры. Ярче стали краски, пение птиц звонче. Теперь уже не страшила необходимость обратного пути верхом. Хотелось лететь, бежать, прыгать и обнимать весь мир.