Книга Жаркий фермер. Битва за хозяйство, страница 49 – Елизавета Домина

— Ты зачем, паскуда, на магазин мой натравила проверку? Толик, пусти меня, ― пыталась вырваться она из рук мужа.

— Что, Ань, закрыли магазин твой за просрочку втридорога? ― не сдержалась Людмила.

— Вот, я же говорю, это она натравила на меня надзор, шаболда.

Звонкая пощечина от Анатолия усмирила скандалистку.

— В себя приди, хватит меня перед людьми позорить. ― Таким злым Людмила его никогда не видела, но и у самой у неё уже сжались кулаки в рвении поставить на место женщину, которая досаждала своими интригами.

— Она оставила нас без средств к существованию, деревню без еды, а ты её выгораживать собираешься? Я так этого не оставлю. Я всем расскажу, что это она виновата, ― Аня принялась лить слёзы. ― Ты думаешь, за меня заступиться некому? Да когда они узнают, что это она единственный магазин в деревне закрыла, сами сюда придут.

— Люсь, это правда? ― Санёк смотрел на Людмилу с огорчением.

— Саш, мне незачем. Разбирайтесь сами, ― Люся отвернулась, направляясь к дому.

— Это она мне мстит за Терентьева и фермера, ― крикнула Аня в спину. Людмила остановилась.

— Погоди, так это ты, что ли, им про неё гадости наговорила? ― Анатолий с ненавистью смотрел на жену. ― Зачем?

— Значит так, или сейчас вы уходите вместе со мной и становитесь на мою сторону, или Толик собирай вещи и выселяйся из дома. А тебе, Санька, я покоя не дам, все узнают, что вы деревенских предали и на её сторону стали. Нашли за кого заступаться. Нет у нас больше магазина, закрыли его. ― По её виду можно было понять, что заткнуть поток обвинений пытаться бесполезно.

— Ань, угомонись! ― Саня, сплюнув в строну, вместе с Иваном хотел вернуться к работе.

— Саш, ты зря смелый такой. Уволят Ленку твою, я к директору пойду, поговорю. Чего вы вцепились в эту дрянь? Она уедет, а вы останетесь.

— Прекращай! ― сквозь зубы процедил Анатолий.

— Если вы сейчас не уйдёте отсюда вместе со мной, пеняйте на себя. ― Продавщица настаивала на своём.

— Толь, Саш, идите. Не надо жизни свои ломать из-за неё. Вань, если хочешь, тоже можешь идти, я пойму. ― Люся кивнула друзьям детства.

— Я останусь, мне нечем угрожать. Давайте, мужики, удачи вам. ― Иван похлопал друзей по плечу. Дождался, когда трое выйдут за калитку, опустив засов.

Людмила присела, поглаживая алабая. Пёс прижал уши, виляя хвостом.

— Не успеем мы, Дружок, хозяйку твою порадовать.

— Не переживайте, мне бы только ещё одного кого в помощники. Плитку-то я сам доложу, а вот завтра сантехнику устанавливать, в одни руки непросто будет.

— Пошли, Иван, обедать. Придумаем что-нибудь.

Взвесив все обстоятельства дела, Людмила решила обратиться за помощью к старосте. Как показал опыт, адекватных в этой деревне не так много, и он ‒ один из них. Леонид выслушал Людмилу, недовольно покачал головой:

— А вы причём тут? Давно уже надо было закрывать ларёк этот. Вместо него сетевой магазин здание займёт после ремонта. Уже согласовали давно с руководством.

— Вы можете об этом оповестить жителей деревни?

— Это я сделаю. Кто же думал, что так выйдет? ― Староста с сочувствием посмотрел на Людмилу. ― По строителям подумаю, сложно сразу сориентироваться.

Люся шла домой с надеждой, что всё наладится. Сообщение пришло от Саши: «Прости, я не хочу навредить своей семье». «Я тебя понимаю, не переживай» ― отправила Людмила ответ. Не их с Толиком вина, что так сложилось. Видно, не помогло Люсе Макара лечение, да и как оно исцелить могло, если больна не она.