Книга Инквизиtor, страница 51 – Елизавета Домина

Впереди появились скромные кресты деревенских захоронений. Лысый холм песчаника, рядом с которым свежевыбеленные избы с черепичными крышами. Невысокие деревянные штакетники говорили о том, что люди тут не ведали страха посторонних или воров. Донёсся сладкий аромат цветущей черемухи из садов. Гуси с гоготом шли по проезжей части, расправляя крылья при встрече с незнакомцем. Резные ставни окон с ажурными белыми занавесками. Ухоженность двориков, побеленные стволы деревьев. Мирон погружался в чувство покоя и умиротворения. Продуктовый магазин «Заря», рядом с которым почта. Почта ещё была закрыта, в магазине стеклянные витрины советских времен со скудным ассортиментом.

— Есть кто?

— Есть, ― из подсобки вышла женщина лет тридцати пяти. ― Открылась только, что хотел?

— Здравствуйте, я деда Макара ищу, знахаря вашего.

— Деда? ― женщина улыбнулась. ― Ох, не любит он, когда его так называют.

— Так, есть тут такой у вас?

— Есть, конечно, он живёт в доме за холмом. А ты к нему на день или надолго?

— Да как разрешит. Меня Мирон зовут.

— Красивое имя у тебя, а я ‒ Наталья.

— Взвесьте мне колбасы докторской полкило и хлеба свежего.

Наташа ловко отрезала полпалки колбасы, положила на стальную поверхность синих весов. Стрелка, пошатавшись, остановилась ровно на пятисот граммах. Завернула в бумагу, достала с полки буханку белого хлеба.

— Тебе колбасу порезать? С дороги, видно, по пути захочешь.

Мирон вспомнил, что ел в последний раз больше суток назад. Запах свежего пшеничного хлеба и докторской колбасы пробудили аппетит.

— Если можно! Спасибо.

Рассчитался, вышел на улицу, оторвал горбушку хлеба, развернул колбасу. С таким удовольствием он давно не ел. Дом за холмом нашёл сразу. Вопреки его ожиданиям, это не была разваленная избушка старца. Двухэтажный сруб с большими окнами и постройками рядом. Постучал, навстречу выбежала немецкая овчарка, лаем оповещая хозяина о визите незваного гостя. На крыльце появился мужчина лет пятидесяти, косая сажень в плечах.

— Вам кого? ― крикнул он.

— Я к деду Макару.

Мужчина спустился с крыльца, подошёл к воротам.

— Берта, фу, свои! ― открыл, запуская Мирона во двор.

— Заходи, раз пожаловал! ― окинул взглядом солдатские берцы и рюкзак. ― Ты с войны что ли?

— Да, мне к знахарю надо: сослуживец сказал, есть у вас дед Макар.

— Я и есть Макар, ― протянул ладонь навстречу. ― Дедом меня детишки зовут, а ты зови просто Макар.

— Мирон я, ― протянул руку в ответ. ― Только я думал, сгожусь, чем в помощь, старику одинокому, а тут и не знаю теперь, как помощи просить. Отблагодарить вроде как нечем.

— Ты, свою благодарность отдал уже там, Родине. Чем могу, помогу. Пойдём завтракать, а там видно будет, кто на что сгодится.

Так Мирон остался у знахаря. Макар научил парня, как жить с новым мировоззрением, охотились вместе, на рыбалку ходили, баню топили. Забота, понимание, травы и заговоры сделали своё дело. А по осени, когда знахарь понял, что боль души утихла, и готов Мирон жизнь новую начать, проводил парня в Облачный город.

— Ну вот, Макс, такая история. У нас до поезда час, пора ехать на вокзал.

— Эх, Мирон. А Егор-то тот из больницы в деревню вернулся?

— Так не знал никто в деревне никакого Егора. Не забирали у них ребят молодых на войну.