Книга Инквизиtor, страница 88 – Елизавета Домина

— Входите!

Александр встал, вышел навстречу. Мужчины поприветствовали друг друга.

— Старлея дали? ― посмотрев на погоны, отметил Мирон. ― Поздравляю!

— Месяц уже как, спасибо! Как вы с этим чудиком работаете? ― сочувственно поинтересовался Саша.

— Так вроде не особо чудит он у нас… А где он, кстати?

— В допросной закрыл, чтобы не видели его лишний раз тут. Мирон, мы замнём это дело, никому не надо межведомственных конфликтов. Но в следующий раз — не факт, что смена будет моя.

— Что натворил? ― Мирон насторожился.

— Дебош в ночном клубе… Сопротивление при задержании! Ну, и он гашенный, по ходу. Экспертизу не проводил, чтобы не фиксировать. С администрацией клуба решайте сами.

— В смысле гашенный? Он не употребляет!

— Все с чего-то начинают. Пошли, сам посмотришь, ― старлей взял с письменного стола связку ключей.

Александр открыл дверь в допросную. Апостол, прикованный наручниками к стулу, дремал. Встрепенулся, услышав шум, поднял обезумевшие глаза на входящих.

— Я вам, суки, просто так не сдамся! ― рассматривая вошедших, попытался сообразить, где он находится. Дёрнулся корпусом вперёд: почувствовав резкую боль от стали на запястьях, остепенился.

— Пётр Сергеевич! Спокойно, это я ‒ Мирон! ― подойдя ближе, посмотрел в глаза начальнику.

— Ты что, заодно с биороботами? Ты же ‒ оборотень, объединились! Я так и знал, предатели! ― Апостол задышал часто, пытаясь вытягивать руки из наручников.

— Я вас домой отвезу! Всё хорошо! ― подчинённый смягчил интонацию.

— Ничего не хорошо, это восстание машин. Я знал! Они хотят забрать власть. Посмотри на него, ― шёпотом продолжил, ― они уже рядом! Они везде! Они и твой мозг поработят.

— Пётр Сергеевич, сейчас поедем домой, там отоспитесь, капельницу прокапаем, ― Мирон понимал, что в данной ситуации необходимо убедить начальника покинуть помещение спокойно.

Меньше всего ему хотелось бы созерцать трансформацию Апостола в присутствии третьих лиц и вызывать бригаду санитаров. Что стало причиной подобной ситуации разбираться будут потом.

— Могу его тут продержать до утра, но на пересменке придётся в журнал заносить… ― Александр крутил в руках ключи от наручников.

— Нет, этого точно не надо, сейчас успокою. ― Мирон, раздосадованный тем, что его вытащили из объятий девушки из-за этого всего, подошёл вплотную к Апостолу. ― Домой едем? ― спросил он строго.

Глаза начальника сузились, выражая недоверие. Зрачки расширились.

— Я просто так не сдамся! ― скалясь, произнёс Пётр.

— Сань, ведро есть? ― подойдя к старлею, спросил Мирон так, чтобы Апостол не слышал.

— Организую, ― Александр направился к двери.

— Воды холодной набери. Другого выхода не вижу.

Через двадцать минут мокрый, дрожащий Пётр Сергеевич пил горячий крепкий чай. Пытаясь сообразить, что произошло, и как он оказался в наручниках в отделении? Рассматривал обстановку, вгрызаясь глазами в синие стены и решётку на окнах.

* * *

— Лен, вор твой Апостол и должен или на зоне закончить или в дурке. ― Егерь пытался за завтраком убедить Елену в своей правоте.

— Мне без разницы. Мне нужен адрес моей дочери, ― Елена варила кофе. ― Если вор, его итак возьмут рано или поздно.

— Ты до сих пор не поняла, почему жила столько лет в энергетической клоаке?

— Как ты докажешь, что он фабриковал дела и обвинял невиновных, подводя их под ордалии, и забирал энергию себе?