Книга Поезд в страшную сказку, страница 51 – Татьяна Луковская

— Ну, что вы такое говорите, это совсем не так, — кинулась Варя поднимать хозяйке веру в себя. — Вы такая замечательная, умная, добрая, он обязательно вас полюбит.

— Ах, если бы все оказалось именно так, — печально проговорила Зиночка. — Давайте, Варенька, спать, день сегодня уж больно суматошный вышел, а уж завтра наговоримся о кристаллах.

Давно затихла в своей комнате Зиночка, на соседнем диване Галя испускала, несмотря на свою миниатюрность, забористый храп, а Варе все не спалось, она ворочалась, непрерывно поправляла подушку и то заворачивалась по самые уши в одеяло, то вновь раскрывалась. «Как там девочки говорили — на новом месте приснись жених невесте? Только, чтобы приснился, нужно сначала заснуть».

В окошке замелькали фонари. Поезд замедлил ход, готовясь остановиться. Варя встрепенулась и села. Большое здание вокзала с надписью «Корытовск» перегородило обзор. «Смешное название». Часы на фасаде показали четыре утра. Четыре утра! Да уже вставать пора, будет неловко, если хозяйка и горничная проснутся, а компаньонка останется в постели.

Варя опять легла, закрывая глаза. Поезд окончательно остановился. Послышались голоса и скрежет открываемых дверей.

— Стоянка сорок минут! — прокричали со стороны вагонов третьего класса.

«Сорок минут — это ж долго. Может, одеться и выйти подышать свежим воздухом, быстрее усну?» Варя уже потянулась к платью, но вспомнила данное тетушке обещание и со вздохом оставила одежду в покое. Полежала пару минут. «Но ведь не обязательно выходить на перрон, можно постоять в тамбуре у открытой двери». Найдя компромисс с совестью, она все же натянула на себя одежду, зашнуровала ботиночки и, накинув любимый полушалок, вышла из купе в пустой коридор.

Но не успела любительница свежего воздуха сделать и пары шагов, как дверь, отделявшая основное пространство вагона от тамбура, резко распахнулась и показался носильщик с парой чемоданов.

— Прошу прощения. Прошу прощения, — как попугай несколько раз повторил он, намекая пассажирке, что нужно посторониться.

Варя вжалась в стену, носильщик бочком довольно ловко обошел ее, балансируя чемоданами, и Варя увидела хозяйку поклажи — ослепительно красивую женщину в зеленом драповом пальто, отороченном пушистым песцовым мехом. Незнакомка не шла, она плыла по вагону, словно лебедушка по зеркальной глади пруда. Чистая княгиня, не меньше. Варя завороженно смотрела на бледное в свете фонарей идеальной пропорции лицо. Бедной Зиночке со всеми деньжищами ее отца никогда не дотянуться в грации до этой дамы, про себя уж барышня Иванцова и не думала.

Незнакомка поравнялась с Варей.

— Доброй ночи, — майским ветром прозвучал ее голос.

— Ночи доброй, — сильней вжалась в стену Варя, чтобы не помять чужие юбки.

— Не стоит задерживаться в тамбуре, там ужасные сквозняки, — неожиданно предупредила незнакомка и поплыла дальше.

В воздухе остался тонкий шлейф духов с ноткой хвои, вызвавший чувство чего-то знакомого.

Варя постояла в коридоре и со вздохом вернулась в купе. Действительно, дама права, неприлично девице гулять ночью по вагону. Лучше оставшееся до утра время полежать на диване с закрытыми глазами. И Варя непременно так и сделала бы, но тут за окном послышалась отборная ругань, резкие крики, гул мотора. «Что там такое?» Вокзал разрезал яркий луч света — прямо по перрону, распугивая народ, промчался автомобиль и скрылся из виду где-то в конце состава. Что за безголовый лихач такое себе позволяет?