Книга Чудно узорочье твое, страница 76 – Татьяна Луковская

— Мне до того и дела нет, — вздернула нос Зорька, ускоряя шаг.

— Он на тебе не женится, — крикнул ей в спину Кирша.

Зорька резко остановилась, разворачиваясь.

— Ты о чем это?

— С Бакуном он домой собрался. Как дом Божий достроят, так и подадутся.

— Куда это, домой? У него здесь дом.

— К булгарам. А каменщик, пред которым ты раскланивалась, Бакун и есть, с собой его позвал.

— С чего это ему к булгарам уходить? — пробормотала Зорька.

— Отчина, — пожал плечами Кирша. — Так я…

Зорька, уже не слушая, побежала домой, к новому дому, который для кого-то оказывается вовсе и неродной.

[1] Водимая — венчанная жена.

[2] Кончанский сход — народное собрание городского района (конца).

Сегодня, чтобы снова не попасть впросак, Зорька решила выйти с обедом пораньше, но сразу в детинец не побежала, а пристроилась в тени вала, поджидая, когда потянутся другие девки да бабы, и, только увидев вереницу спешащих пройти под надвратной церковью горожанок, нагруженных корзинками и торбами, тоже вынырнула на дорогу.

— Глядите, это ж та сиротка, что Немке сыскали? — захихикали круглолицые девицы в пестрых поневах. — Борята покраше выбрал.

— Да нет, не справится, тощая больно, — тряхнула одна из насмешниц округлыми плечами.

— Ну кому поросеночек парной, а кому и куренок сгодится, — отозвались девки, и новое «хи-хи-хи».

Зорька сначала нахмурилась, очень уж неприятно, когда над тобой так вот в открытую потешаются, и главное — без вины, из озорства, но ее сведенные брови только раззадорили шутниц:

— Вишь, прикормить решила, чтоб на Волгу не утек. Привязать его за ногу к лавке надобно, оно верней будет. Ха-ха-ха.

— Верное дело, позвать же на помощь не сможет.

Зорька приостановилась и пошла прямо к обидчицам.

— Меня Зоряной прозывают, сестринича Вольги Верхуславича, может, слыхали? — миролюбиво проговорила она, но взгляда не отвела, смело глядя девкам в глаза. — А потешаетесь вы зря, меня родня отца из родного дома выгнала, а Данила Вольгич приютил, за то я ему благодарна, храни его Господь, что не оставил без помощи. И обед стану носить, чай, не безрукая какая, да можете и далее смеяться, коли охота.

И она, не дожидаясь ответа и обгоняя неспешно бредущих баб, полетела к собору. Вежливо раскланялась со всеми каменщиками, завертела головой, куда ж запропастился Данила. Вот и сам Бакун, стоит над одним из мастеров, давая советы. Зорька особенно низко поклонилась и ему, седовласый булгарин кивнул в ответ. Никакой враждебности в его лице она не заметила, да и то верно, какая Зорька ему соперница, так, сирота приблудная. Стало себя безумно жаль. И кто этот дурной слух пустил, что ее тысяцкий с гриднем пристроили, чтоб каменщика дома удержать, языки у тех без костей. Уж небось и Даниле об том руками намахали, от того он ее сторонится, и не присядет рядом. Весь вечер бочком мимо ходил.

Бакун пошел под навес, где ему челядины уже накрыли стол. Остальные работники, оставляя дела, расходились по привычным углам. К ним уже подбегали дочки да жены, выставляя угощения.

Вспомнился отец, Зорька проглотила выкатившуюся слезу и пошла вкруг собора, искать своего благодетеля. Данилы нигде не было. Зорька успела уже несколько раз обойти округу. Да куда ж он мог подеваться? Не домой ли пошел, может, разминулись?