Книга Фальшивая невеста, или Как укротить мажора, страница 97 – Рина Вергина

— Дознаватель. Когда он воздействует магией, то человек не способен на ложь. Без утайки рассказывает о своих самых гнусных мыслях и поступках. Как лучшему другу, от которого нет секретов. Впрочем, сейчас вы все сами увидите.

Юргес чуть подался вперед с интересом разглядывая Элеонор.

— Леди, как вы относитесь к супруге вашего брата? Она здесь. Можете высказать ей все в лицо.

Элеонор поворачивает голову и встречается со мной взглядом. На миг в них вспыхивает отвращение.

— Она ничтожество. Жалкая служанка. Я даже не замечала ее присутствия, пока Лойд не взял ее в жены.

— Вы желали ей зла?

— Много чести. Надеюсь, Лойд поймет, какую совершил ошибку и отправит эту пиявку на улицу без гроша в кармане.

Мне неприятно все это выслушивать, и я дергаюсь. Но Фордей успокаивающе кладет ладонь на мою руку.

— Не обращайте внимания. Понимаю, это тяжело, но только так мы узнаем правду.

Юргес отвернулся от Элеонор и что-то зашептал королю в ухо.

— На этом все, леди Элеонор. Вы можете удалиться. Слуга проводит вас до покоев.

Элеонор встрепенулась и пятясь, вышла из комнаты.

— Теперь вы, леди Коррина Сэйтон, — Юргес поманил ее рукой вперед.

Та вздернула подбородок и выставила вперед грудь. Проговорила с высокомерным видом:

— Все слова Элеонор правда. Я очень надеюсь, что вы разберетесь с этой выскочкой, — Коррина ткнула в меня пальцем, — и она займет то место, которого заслуживает. Выносить ночные горшки… — леди Коррина засмеялась своей фразе, сочтя ее довольно смешной. Но быстро умолкла, не найдя поддержки.

— Как давно вы знаете свою служанку по имени Лиза, — Юргес поддался вперед и вперил пристальный взгляд на леди Сэйтон.

— Так с самого рождения. Когда ее непутевая мать в подоле принесла.

Прозвучало резко, как пощёчина. Что это значит? Я все же рождена бастардом?

— Что же стало с ее матерью и девочкой? — проникновенным голосом просил Юргес.

— Сестра померла почти сразу. Оставила мне свое отродье, — Коррина неотрывно смотрела в лицо Юргесу, словно кроме них двоих в этом зале больше никого не существовало.

— И вы взяли ее на воспитание? — с легкой, располагающей улыбкой спросил дознаватель.

— Вот еще! Я ее сразу в приют отдала, чтоб лишних вопросов не возникало. Навлекла непутевая сестра позор на наш род, а я не намерена покрывать ее ошибки.

Коррине кажется это невероятно находчивым, и она самодовольно улыбается.

— Кто же был отец ребенка вашей сестры? — вкрадчиво спрашивает Юргес.

— Так маг, у которого сестра-дуреха служила экономкой. Заделал он ей ребеночка, а жениться не пожелал. Та и ушла, даже денег не попросила. Уж больно гордая была. Родила дочь, да на третий день от горячки скончалась. А мне воспитывай ее отродье. А у меня только своя дочь родилась.

— Ваша дочь? Что же с ней стало? — интимно спросил Юргес.

— Она… она… — Коррина прикрыла рукой рот, — вы же никому не расскажете?

Я увидела, как дернулся лорд Сэйтон. Сделал шаг по направлению к жене, но Эктавиан предупреждающе выставил вперед руку.

— Я всем сказала, что она умерла. Моя малютка. Но на самом деле… — Коррина облизала губы и громко зашептала, — маг прислал приглашение. Болен он был. Хотел увидеть дочь. Вот я и поехала со своей дочуркой его навестить. Сначала ничего такого не хотела… лишь денег попросить. Мы бедно жили. У мужа кроме титула ни гроша за душой. Да клочок захудалой земли. Маг как увидел мою дочурку, прослезился. Она-то к нему, глупышка, ручки тянет. Улыбается. Гугукает. Тот и принял ее за родную дочь. Признал честь по чести. Бумагу оформил. А у него-то дом огромный, видно, что денег куры не клюют. Я и подумала, пусть моя Элеонор в богатстве растет и нужды не знает. Попросилась я возле нее кормилицей остаться. Муж управляющим пристроился. А как помер маг через год, я опекунство оформила. Все же мне дочка по закону племянницей считалась.