Книга Терновый Король, страница 150 – Виктория Олейник

И это чертово возбуждающее зелье! Оно добавило мне проблем. Бежало по моим венам, щекоча и возбуждая нервные окончания, собиралось болезненной потребностью внизу живота…

— Возьми… прошу!..

Нас никто не слышал, гром аплодисментов, эти бесконечные подбадривания, только распаляли меня; я зажмурилась, гася крик отчаяния. Меня не хватит надолго… не хватит… я судорожно глотнула воздуха, сдерживая пламя — пока сдерживая, но все больше уступая собственной силе, готовой испепелить меня изнутри.

И демон, рыкнув, наконец, щелкнул палцами. Не знаю, задумано ли так было: сверху рухнула панель, закрыв нас от чужих глаз полностью. Я вздрогнула и сдавленно замычала, когда муж нагнул меня, пользуясь поднявшимся хаосом.

Он больше не задавал вопросов, не уточнял, не предупреждал, не спрашивал. Я хрипло вскрикнула, упав ладонями на алтарь. В ушах бухала кровь, все внутри стянулось болезненными узлами.

И эти узлы ослабили свою хватку лишь, когда мужчина дернул мое платье, задирая юбку. Мои ногти скребнули по столешнице, я стиснула зубы, гася вскрик от мощного проникновения. Сдавленно застонала, все во мне натянулось. Я почти не осознавала, что происходит, не видела и не слышала, лишь впитывала момент за моментом.

Ощущала себя, как в тумане. Скользя ногтями по столешнице, я сипло вскрикивала, стонала и торопила. Все мои чувства сосредоточились на движениях мужчины, тонущих в ритмичном громе свадебных барабанов, на жесткости и требовательности, на вспышках болезненного удовольствия, когда мужская плоть затрагивала самые глубокие, самые невозможные точки.

Я вогнала ногти в столешницу, от прикушенного языка во рту почувствовалась кровь. Толчок, вспышка боли, вспышка наслаждения, погасить крик... И снова. Я скользила ладонями по столу, мои ноги дрожали, но невозможно контролировать свое тело, когда в него вбивается чужая плоть. Невозможно отключиться от этого, думать о другом...

И все же ушей коснулся собственный вскрик. Толчки и шлепки стали такими частыми, что это почти оглушало. Еще толчок, и еще… до боли, глубоко, быстро!

— Ах!

Бешеный, быстрый темп не позволял мне устыдиться, не позволял даже вдохнуть. Ноги не держали меня, отяжелевшая, с налившейся грудью, я отдавалась моменту. Недавнее внушение демона пустоши сплелось с реальностью, с бешеным ритмом барабанов, с собственными стонами и порыкиваниями демона. Приоткрыв рот, я дышала через раз, жаждая лишь разрядки... Вот-вот... Еще немного...

Я вскрикнула, когда меня накрыло стремительным пиком. Демон все еще вбивался в меня, но я упала грудью на стол, ощущая, как восхитительно сокращаюсь внизу... как демон врывается в меня, как меня сотрясает в жестком наслаждении.

Я испытывала оргазмы, но никогда еще они не приносили столько освобождения — освобождения от чужой темной воли. Мышцы сокращались и сокращались, сколько прошло времени — минута, две? Вечность?

Я выдохнула лишь, когда демон, гортанно рыкнув, толкнулся глубже. Когда его семя брызнуло в меня, лишь тогда это мучительное желание оставило меня, и я снова вернула себе способность мыслить...

Леодар замер внутри, тяжело дыша, а ко мне наконец-то пришло смущение. Скрее всего, нас не слышали, хотя трудно сказать. Я открывала и закрывала рот, как рыба, выброшенная на берег. Тем более, что слуги Леодара наконец-то убрали упавшую панель, и мы предстал перед гостями во всей своей встрепанности.