Книга Терновый Король, страница 157 – Виктория Олейник

— Хочешь ее, бастард? Забери, если сможешь!

Зарель стиснул зубы. Его взгляд охватил все помещение, оценивая многочисленных противников. Вдруг он расслабился, хрипло рассмеявшись.

— Какие все милые, когда толпой на одного! — Он подался к барьеру и поставил на него ладони. — Расслабься, терновый. Мне незачем за нее сражаться. Она придет ко мне сама. Итак, дорогая. Хочешь спасти остальных, явись-явись ко мне. Ты знаешь, что делать. У тебя есть неделя, чтобы вернуться самой.

Его взгляд нашел меня, я содрогнулась от отвращения. В его глазах горели страсть, ненависть, жажда и вожделение — все одновременно. Он хотел меня и ненавидел себя за это. Он махнул рукой, отзывая своих демонов. Те, кто выжил, потянулись к нему нестройными рядами, и даже Вадим покорно вернулся к открывшемуся зеркальному порталу.

— Буду ждать нашей встречи. Оденься полегче. Все равно я сорву с тебя все эти нелепые шмотки и возьму при всех свидетелях, как только ступишь в мои владения.

Зарель скривился и, развернувшись так, что мантия хлестнула по его ногам, вернулся к зеркалу миров. То вспыхивало и плевалось искрами, переливались красками другого мира. Неужели он просто уйдёт?

Мое сердце стучало как ненормальное. Демоны зашептались, словно их отпускало напряжение. Амброзайос нахмурился, жестом подзывая Аврору: судя по виду, женой он был недоволен, скорее всего, она вернулась вопреки желанию мужа.

Так же Леодар всегда смотрел на меня, когда я рисковала. С ноткой недовольства и восхищения.

— Ах да! — Зарель вдруг обернулся, оказавшись спиной к порталу. — Ещё кое-что, совсем забыл...

Он вскинул руку, а я вскрикнула, не сразу осознав почему. Вспыхнувшая стрела, исторгая мощь и власть зимы, сорвалась с арбалета, никто не успел даже опомниться. Я приложила ко рту ладони, в бессилии глядя, как стрела ввинчивается в грудь Леодара... Как он бледнеет, как быстро кровь хлещет из его разорванной груди, а стрела все ввинчивается и ввинчивается в его сердце...

Власть тернового короля опала с меня с его последним вздохом. Я вздрогнула, когда Леодар, выронив клинок, осел на пол.

Мир пошатнулся. Рассмеявшись, Зарель раскинул руки и упал спиной в сверкающую воронку; опоздавшие заклятия ударились о зеркальную поверхность, послышались крики и вопли... Амброзайос зарычал, не успев отреагировать на долю секунды, все пришло в движение, но Леодар... не двигался.

— Нет… — Мое сердце сорвалось, будто невидимая нить натянулась и с треском лопнула. Я подхватилась с места, бросаясь к нему — к моему терновому демону, терновому королю, что неподвижно лежал, как принц, сражённый злым заклятием.

Из моих глаз катились слезы, но я уже знала... знала, что случилось непоправимое.

«У тебя неделя, — звучала в моих ушах последняя мысленная фраза Зареля. — Неделя, если хочешь, чтобы он жил...»

Мои руки дрожали, я всхлипывала, прижимая ладони к ране, но я ничего, ничего не могла поделать! Тело Леодара не исцелялось. Он будто утратил эту способность, и впервые я ощутила страх за его жизнь. Страх за того, кого полюбила всем сердцем, кто заменил мне весь мир, кто мог согреть меня одним своим взглядом.

Все, чего я хотела, это чтобы он посмотрел на меня. Чтобы улыбнулся, коснулся моего лица, сказал, что все будет хорошо...