Книга Княгиня-служанка. Берегиня рода, страница 51 – Дия Семина

Чувствую, что на ближайшие недели у всех этих людей только и будет дело, что обо мне судачить. Опускаю голову и начинаю проворно есть, только сейчас поняла, какая я голодная.

— Новенькая, а правда, что тебя сам гридень привёз? — какая-то баба не сдержалась и решила вывести дело на допрос, да только что с немой взять. Кажется, я впервые обрадовалась, что не могу говорить.

Пожимаю плечами и продолжаю есть. Тогда эта настырная болтунья пристала к Домне.

— Тебе же Степанида что-то эдакое рассказала, ну расскажи, отколь такую птицу залётную к нам принесло?

— Федора, ты бы угомонилась. Новенькую зовут Василиса. Шьёт она мастерски, так никто из наших не умеет. Потому и наняли для тонких работ, на какие вы не способные. Гридень привёз, или сам князь, может переманили у кого-то. Такие мастерицы дорого стоят, потому Григорий Ермолаевич и приказал за девицей смотреть и не обижать. И без того Богом обижена, немая.

Я даже жевать перестала, смотрю на мудрую Домну с величайшей благодарностью. После её слов, кажется, все посчитали, что действительно просто ценная работница, ещё раз покосились на меня, поняли, что загадочности во мне с гулькин нос, и интерес потеряли.

Теперь не стесняясь, продолжили свои разговоры, в основном про мужчин, да про детей. Здесь есть портнихи, кто на работы каждое утро приходят, а вечером уходят домой ночевать, потому как они семейные.

А есть и такие как я, на полном пансионе. Нам и оплата меньше, но это со слов из бесконечных разговоров. За работой, оказывается, разговаривать нельзя. Но меня это правило, по понятным причинам не касается. Но сейчас, я, кажется, узнала все тайны нашего швейного цеха.

— Девушки, вы так до нужника не успеете сходить, разгалделись, как галки. Осталось всего ничего времени до начала работ, — прикрикнула Домна, когда парочка самых голосистых, слишком уж громко начали обсуждать свои дела, да ближайший поход на рынок в субботу. И одна из них, вдруг сказала, что новенькая продешевила, с таким мастерством, ей бы в городе за год можно на дом навышивать. А тут будут копейку зарабатывать да сидеть на казённых харчах. Вот эта фраза и разозлила нашу начальницу.

Но вторая болтушка как санки зимой с горы летят, так и она не смогла вовремя замолчать и довольно громко выдала.

— Да видать, что рабыня! Несчастная, с такими руками и невольница.

Мои щёки порозовели, но сказать, что я вольная, не могу. Да и что от того изменится — ничего. Молча отнесла свою пустую посудину и поставила на широкий стол, так же как все, теперь я примерно понимаю, где здесь и что. Потому решила сбегать в коморку, переобуть коты на башмачки, умыться в уборной и вернуться на работу.

Когда пришла, то увидела на столе то, о чём мечтала больше всего. Белоснежное детское: одеяльце, наволочки для подушек, рубашку, штанишки, чепец, это всё одежды для сна, и я уже понимаю, что это для моего сына.

Домна подошла ко мне и пальцем показала на «урок».

— У нас есть срочный заказ, вышить нужно для малыша, вышивка должна быть неяркой, но очень красивой, цветочки не подойдут, лучше узоры из северных традиций, можно крестиком, можно гладью, но чтобы не стыдно было князю показать.

Едва сдерживаю слёзы радости, улыбаюсь и киваю.

— Тогда вот здесь тебе все нитки, какие нужны, и иглы у нас самые лучшие. Приступай к работе, за неделю справишься?