Книга Новый мир. Провидица. Книга 1, страница 100 – Виктория Хорошилова

— Ты должна гордиться, тебе два магистра внимания уделяют в свое свободное время. У нас, между прочим, окно и мы могли бы отдыхать, а не заниматься два часа с тобой! — попытался отчитать меня магистр Шаер.

Я на него очень внимательно посмотрела, сдержав слезы, и показала одну картинку, иносказательно, но неприличного характера.

— Другого сравнения у меня нет, особенно цензурного! — зло прошипела я им — А то, что вы заставляете делать, у меня с этим ассоциируется.

Оба магистра были менталистами и сейчас стояли красными от смущения.

— От куда знаешь про такое?

— Это так важно? Ладно вспомнила другую ассоциацию, приличную. Шпагат за один день.

— Бред!

— Я об этом же! Вы хотите разработать каналы или порвать? Если пихать во что-то узкое и некрепкое, то оно точно пореветься. И я вам показала просто как в колечко пластиковое запихивать деталь от конструктора. И каждый думает в меру своей распущенности.

Каюсь, сама первым делом вспомнила про интим. Но показала намек на то, что чувствую через детали детского конструктора. Когда я это объяснила, преподавателям лица их стали виноватыми.

— Ладно. Давай попробуем научиться дозировать магию и пропускать ее по каналам так, чтобы тебе было не больно.

Это было проще, но каналы болели и тело тоже.

— Ну чего ты сейчас рыдаешь? — спросил грубо Шаер.

— Все болит, — сказала сквозь слезы.

— Думаю, на сегодня стоит закончить, — сказал обеспокоенный магистр Оур.

— Ты слишком мягок, — рявкнул на него коллега.

— Она ребенок, у которого магия слишком рано раскрывается. И к пятидесяти годам у детей каналы естественным образом укрепляются и уже понемногу пропускают магию. Мы насильно это делам, а все насилие — это больно.

— Раз раньше раскрылась магия и дар, значит, и каналы уже готовы к минимальным нагрузкам. Мы ничего серьезного не заставляем делать. Продолжаем!

В конечном итогое я даже на упрямстве до комнаты в общежитии дойти не могла. Меня банально пришлось нести на руках. И Оур заставил делать это Шаера.

— Сам заставлял ее выкладываться вот и на руках носить теперь будешь.

Шаеру повезло, что братья были на занятиях, и не видели в каком я состоянии оказалась в общежитии. Когда они пришли за мной, чтобы пойти на обед, то нахмурились. Я даже не спала, просто лежала на спине и боялась пошевелиться.

— Я за целителем, — сказал Ронбер и убежал.

Какой втык сделал ректор обоим магистрам, я могу только догадываться. Но потом неделю меня ни то не трогал. Мне даже на утренние тренировки запретили приходить. Боюсь, даже если бы и хотела, то не смогла. Тело болело просто нещадно, и я могла только лежать и стараться не шевелиться. Магистр Ялин пришел следующим утром и тихо прорычал, что он сделать с двумя менталистами, если поймает. Братья, смеясь, рассказывали про забег преподавателей.

— Ялин их реально гонял, правда, не превращаясь и тем самым, спасая их жизни. Но они много о себе узнали, заодно повеселили всю академию. Ректор потом сказал, что Ялин еще легко их наказал.

Братья заботились обо мне и помогали прийти в себя. Целители рекомендовали лежать и восстанавливаться. Обезболивающие помогало пережить этот период и хотя бы самостоятельно добраться до ванной. А кушать мне братья приносили и помогали со школьными занятиями. Мне присылали видеоуроки и мне их включали и помогали разобрать все, что непонятно. Говорить хоть с трудом, но я могла. И выполняла задания устно, а кто-то из ребят записывал на диктофон и отправлял преподавателю. К концу недели целители стали помогать мне вставать с кровати и понемногу двигаться.