Книга Княжна медвежьего края, страница 45 – Виктория Хорошилова

— Точно, — поддакнул Майкл.

— Самая красивая, — добавил Миша.

Я улыбнулась им.

— Чудесно выглядишь, дочка, — по-доброму сказал князь. — Мальчикам ещё учиться и учиться комплименты говорить. Пойдёмте в гостиную.

А мне было любопытно, зачем весь этот маскарад с платьем.

— Генри, ты сам приехал?

— А? Да.

Тихо выдохнула. То, что назвали гостиной, было похоже на зал, в котором при желании несколько пар могли бы потанцевать. Или дама могла бы здесь помузицировать для гостей. Тут были и кресла, и невысокие столики. Для нас была готова одна композиция из кресел с чаем на столе. Уже сидела миловидная женщина — судя по сходству, мать братьев и жена князя. Я сделала реверанс, приветствуя княгиню.

— Рада познакомиться, Анна.

— Взаимно.

Ей я и правда была рада. Немного попили чай в молчании.

— Спрашивай, — сказал брат.

— Как ты так быстро добрался?

— Стационарные порталы, потом верхом.

— Для чего ты приехал? — спросила я, сжав край юбки.

— Отец хочет, чтобы ты вернулась.

Заметила, как напрягся Миша. Его родители спокойно наблюдали.

— Зачем? — спросила, стараясь говорить безразлично.

Генри смутился, но ответил честно:

— Хочет снова выдать тебя замуж. Ты же знаешь, что тебя с Рихардом развели?

— Знаю. И я не вернусь.

— Почему?

— А ты хочешь, чтобы я умерла? — спросила прямо. Он покачал головой. — Потому что чувствую: стоит мне вернуться — и долго я не проживу. Про какое-то счастье и говорить бессмысленно.

— Ты до сих пор на родителей обижаешься, — сказал он.

— Ты же знаешь, что матушка сказала после того, как меня оклеветали перед женихом и меня высекли? — медведи напряглись, брат мотнул головой. — Она сказала: «Ты сама виновата», — усмехнулась. — Виновата, что кто-то просто захотел избавиться от меня. Наверное, на действия Дамиана она тоже сказала, что это я виновата? Что скажешь? Или на то, что было в соседнем княжестве?

Барт молчал.

— Что скажешь? Не молчи. Или при тебе не говорили, и ты не знаешь?

— Знаю, но не согласен.

— Ты знаешь, сколько мне досталось в трёх случаях? — брат смотрел на меня уже испуганно и мотнул головой. — От меньшего умирают. Потому я не вернусь. Пусть считают, что умерла. А то удобно — вспомнить через восемнадцать лет, что есть ещё одна дочь.

— Отец признал тебя, — сипло сказал брат, а мне хотелось смеяться.

— И что мне с того? Признал, отдал замуж за Рихарда — там я едва не умерла трижды, а от четвёртого раза просто сбежала, не стала дожидаться, чем дело кончится. Или нужно было остаться и позволить себя утопить? Ну что им отец сделал? Просто отлучил от двора — и всё. А убей он на самом деле — что бы было? Наверное, ещё пальцем погрозил бы. Такой пустяк.

— Аня, ты не права, — сказал Генри.

— В чём? В том, что выжила дважды после сотни ударов плетью? Или когда мной откупились и беременной выдали двести ударов плети? Ну в чём я не права? В том, что посмела выжить и должна после этого всё простить?

Тишина была гробовая. На брата было жалко смотреть.

— Не молчи, братишка, выскажись.

— Тебе не стоит возвращаться. А я удавлю Дамиана и Севрана.

— Отец тебе не позволит.

— Возможно. Но он хотел тебя за Севрана замуж отдать. Он не знает, что тебя третий раз били. Я ему всё расскажу сегодня.

— Это всё, о чём ты хотел поговорить? — брат неуверенно кивнул. — Тогда позвольте уехать.