Книга Отборная няня для сорванцов (и) Генерала-Дракона, страница 81 – Ева Кофей

— Но я… Я не знал, что делать. Как быть главным. Я никогда не видел столько… столько всего.

— Понимаю, дорогой. Но ведь и остальные точно так же не видели. Но они всё-таки не растерялись и делали то, что им нравится. Многие успели завести друзей.

— Но… — глухо отозвался мальчик, — я не знаю, что мне нравится.

Конечно, такое трудно исправить за один разговор. Мальчик либо потерял, либо никогда и не имел своей личности, ярко выраженного «я». Можно было бы подумать, что это норма для ему подобных. Но я смотрела в его голубые глаза и видела в них немое страдание.

Природа не настолько жестока, чтобы, не заложив что-то в живое существо, оставлять ему тоску по этому чему-то.

А значит, он может быть не только лишь кормом для вампиров.

— Знаю, милый, — погладила его по голове. — Это и будет твоим первым заданием. Как только у тебя будет возможность, как только ты окажешься в одиночестве, пожалуйста, не сиди просто так. Постарайся понять, что тебе нравится. По-настоящему. Полистай книжки, поговори с кем-нибудь, если это возможно. Узнай самого себя. Познакомься с собой. Поверь, Билли, это будет очень интересно... А теперь спи.

Я поцеловала его в лоб и собиралась отстраниться. Но мальчик прижал меня к себе за плечи и не отпускал несколько долгих мгновений.

А затем прошептал:

— Я знаю, что мне нравится. Ты. Спасибо.

Я уставшим, но довольным призраком бродила между кроватями, чтобы проследить, что все спали или засыпали без проблем. Малыши хныкали, их требовалось отдельно обнять и отдельно пообещать, что завтра будет новый счастливый день.

В конце концов, и они сладко спали и выглядели как умилительные ангелочки.

Я любовалась детьми, пока не заметила, что Нелли не спала.

Она не выглядела так, будто вот-вот готова заплакать. Но в её позе сквозило напряжение.

— Солнышко, — прошептала я, присев рядом, — почему ты не спишь?

— Я… — она сжала тонкими пальчиками разноцветный пододеяльник, — я так много всего наговорила сегодня, няня… Что если все они думают, что я… что я дура?

Она с опаской посмотрела на меня. Будто бы озвучить свои мысли незнакомому человеку было для неё великой трудностью и большим риском.

Ведь мало ли как я могла бы отреагировать.

И как она могла после этого себя почувствовать.

Я покачала головой.

— Ты была безупречной, Нелли. Откуда такие мысли? Никто о тебе не думает ничего плохого, ты не давала поводов. И многих даже впечатлила.

Она обняла себя за худощавые коленки под одеялом.

— Глупо испугалась и спряталась в воде. И сказала много глупостей. В моменте… — она запнулась и зябко повела плечами. — В моменте мне казалось, что всё в порядке. По крайней мере, не так плохо, как становится по ночам. Когда я остаюсь одна, я не могу перестать вспоминать всё, что сделала, все взгляды, всё… Это всё так ужасно. Проще вообще ничего не говорить. Но дружить с кем-то и делать что-то вместе приятно. Вот только я не уверена, что все они не смеются надо мной… Я просто… наверное… я не знаю, как с этим справляться. Мне лучше не общаться с другими детьми.

Я погладила её по голове и сказала шёпотом:

— Спасибо, что поделилась, Нелли. Послушай, мне кажется, что ты просто очень тревожная. По какой-то причине. Но это не делает тебя хуже остальных. Не делает какой-то не такой. Твои мысли доставляют неудобства только тебе, потому что только для тебя они реальны. На самом деле, для всех остальных, для меня… ты прекрасная умная девочка, которая отлично справлялась. И ты смогла противостоять задире несмотря на всё. Это делает только ценнее твой вклад.