Книга Ведьма в истинном не нуждается!, страница 62 – Ника Цезарь

— А как же единение душ? Говорят, истинные — половинки одной души… — задумчиво протянула я, ожидая его ответ.

— Ты знаешь, что у магов раньше тоже встречались половинки душ? Они могли быть даже одного пола и были не про любовь, а про единение силы, дополнение друг друга. Выбора нет только у тех, кто его не желает.

Его уверенность в голосе удивила, но в то же время поставила всё на свои места. Если бы он был только самовлюблённым павлином, то никогда не получил бы того, что имеет. За маской балагура и любимца женщин прятался весьма изобретательный ящер с сильной волей и целеустремлённостью. Похоже, если кому-то и суждено изменить течение судьбы, то ему.

— Но это мы оставим. Думаю, ты не планируешь совершить революцию в нашей славной империи, а потому… подумай над этим: что, если ты села в карету с маньяком?

— Что?! — сипло выдохнула я, посмотрев на него, как на заядлого психа.

— Ты сбежала от своей охраны, — тихим морозным голосом, достающим до самых тайных уголков души, начал Шир, — предоставила себя мне во власть, а что, если я люблю кровавые слёзы своих жертв?

— Дурак! — взъярилась я, видя, что этот паршивец забавляется за мой счёт. — Я всё просчитала! У тебя отличный подъём в роду. Ты начинал не с главной ветви и даже не из так называемых середнячков. Тебе разрешили взять имя рода и добавить к своей фамилии, сын главы рода лично знает тебя, ты в его артефакте связи.

— Знаешь ли, обычно наоборот считается, что когда такой взлёт, то теряется и совесть, и душа.

— Может быть. Но красный род — боевой род, я бы даже сказала — военный, с ярко выраженной иерархией, а также с жёсткими магическими клятвами, которые приближённые приносят главе рода и его близким родственникам. Это знаю из надёжного источника, — недовольно выплюнула я, мне не нравилось, что страх всё же холодной змеёй скручивался на дне моего желудка, — я вхожу в близкий круг твоей леди. Даже если ты — маньяк, ты меня не тронешь. Ты будешь меня защищать.

— Уверена? Всё же ты — не Шэннон, ради которой я могу положить свою жизнь.

— Драконы — странные существа, — передёрнула я плечами, — вы мало кого пускаете в свои сердца. У большинства максимум — его избранный обоснуется в этом уютном местечке… Ты меня не тронешь, прекрасно осознавая, что моя смерть ранит её, а после она порвёт тебя на множество мелких дракончиков… — с милой улыбочкой закончила, полностью осознавая, что я права.

— Всё же какая досада… нужно было тогда забыть вызывающий артефакт дома и тащить тебя в постель. Если бы случилось, что мы совпали, я бы сорвал куш.

— Но не потащил, а потому закроем тему.

Его глубокий забористый смех наполнил карету, казалось, до самых краёв. В нём не было сожаления или зависти, словно он искренне наслаждался ситуацией.

— Ты — потрясающая женщина, Алекса Шорс! Отважная!

Знал бы он, сколько душевных сил мне было нужно, чтобы казаться такой и самой начать в это верить… Пару лет назад я была совсем растоптана, и то, что сейчас я так веду себя и кажусь другим храброй, меня необычайно радовало.

Карета плавно остановилась, после чего взволнованный Риччи заглянул внутрь.

— Вы уверены, что вам сюда нужно?

— Да, госпожа Шорс жаждет приключений. Высади нас, а потом сделай круг. Возвращайся, когда я дам тебе сигнал, — после чего он со вздохом стянул щегольской пиджак с жилеткой и выбрался на улицу, а я последовала за ним, не отказав себе в удовольствии окинуть восхищённым взглядом его широкие плечи, обтянутые тонкой тканью рубашки. Что поделать, если он — действительно красивый мужчина, и есть, на что посмотреть! Всматриваясь в него, я отмечала, что дракон изменился, стал более собранным, его тело не было расслабленным, оно словно пружинило, готовое в любой момент к атаке. Я с трудом отвела взгляд, сосредотачиваясь на окружающем.