Книга Пешка в чужой игре, страница 36 – Мари Мэй

— Леся, ты поняла? Я никому не позволю даже приблизиться к тебе! Уничтожу! В порошок сотру! — Бронштейн схватил со стола стакан воды и выпил залпом. Он немного успокоился и сел за стол.

— Так-с, на чем мы с тобой остановились? Мы говорили о нашей свадьбе… Леся, ну что ты стоишь, присаживайся! — голос Льва Марковича вновь стал мягким и спокойным, будто бы ничего не произошло.

У Леси дрожали руки, она с трудом сдерживалась, чтобы не заплакать. Все ее мечты рушились на глазах. Она молча опустилась на стул.

— Леся, счастье мое, я приготовил это для тебя. — Бронштейн достал из кармана маленькую коробочку, поставил ее на стол и пододвинул к Лесе.

— Радость моя, мы должны пожениться! У меня есть знакомые в загсе, можем даже месяц не ждать. Поженимся — и сразу на Мальдивы! — Лев Маркович расплылся в счастливой улыбке.

— Я должна подумать! — сдерживая слезы, прошептала Леся.

— Подумай, конечно, подумай, любовь моя! Я тебя не тороплю! Да, кстати, могу тебя обрадовать: после свадьбы ты больше не увидишь Ингу и Семена, ведь мы уже не будем нуждаться в их посредничестве!

— Я подумаю! — дрожащим голосом ответила Леся. Она и так понимала, что Швабраум не ждет никакого ответа, кроме положительного, и, к тому же, он даже не спрашивал, согласна ли она.

— Отвезти тебя домой? — заботливо спросил он.

— Нет, я сама…

— Как хочешь, счастье мое, понимаю, ты перенервничала. Вызову тебе такси.

Леся села в машину, за окном лил дождь. Крупные капли проползали по стеклу и исчезали, как исчезает на небосводе падающая звезда. Когда Леся отъезжала от ресторана, она увидела Эдика, сидящего на газоне под деревом. Все его лицо было в крови, одежда порвана.

— А если бы на его месте был Никита! — от этой мысли Лесе стало страшно.

Когда Леся добралась до квартиры, ее всю трясло. Первым делом она побежала на кухню и накапала себе успокоительного, купленного Семеном в тот день, когда ее заперли в ванной.

— Нужно что-то решить! Я должна успокоиться! — повторяла про себя Леся. Она посидела немного на кухне и пошла в спальню.

Дрожащей рукой она взяла свой старый телефон и набрала сообщение Никите:

«Никита! Мы должны расстаться. Забудь меня! Забудь, что когда-то встретил меня. Забудь, что я существую. Поверь, так будет лучше для нас обоих. Не ищи встреч со мной. Все кончено!»

Леся опустилась на кровать.

— Все кончено! И ничего уже не будет в моей жизни! А если что-то и было, то эти три дня! Желтая краска, кофе и машины, мчащиеся в ночи… И эти воспоминания будут самым большим счастьем в моей жизни! И я буду «думать» о свадьбе так долго, насколько это только возможно. А что будет дальше, не знаю! И даже не хочу знать! — Леся отключила телефон, положила голову на подушку и заснула.

Леся проспала почти до одиннадцати. Она встала, сдвинула штору и посмотрела в окно, по-прежнему шел дождь. Хмуро и грустно, будто бы никогда не светило солнце, будто никогда в ее жизни не было Никиты.

В дверь позвонили, сонная Леся поплелась открывать.

— Доставка цветов! — курьер с улыбкой протянул ей букет.

— Спасибо! — Леся захлопнула дверь и бросила цветы на пол.

Из упаковки выпала карточка. Леся подняла ее и прочитала:

«Леся, ты уже решила насчет даты свадьбы? С любовью, твой Лев».

Она вернулась в спальню, накрылась одеялом с головой, сжалась в комок, задрожала и стала плакать в подушку. В этот момент ей казалось, что жизнь катится под откос и уже ничего нельзя сделать, чтобы хоть как-то исправить ситуацию. Раздался звонок. Леся протянула руку, взяла телефон и ответила. Как всегда ей звонила Инга.