Книга София: тернистый путь феи, страница 12 – Мари Мэй

Когда становится совсем темно, зажигаю в комнате свечи и лампы. Мне бы поужинать, во рту с самого утра маковой росинки не было, но идти на кухню страшно. Там, за соседней дверью, тот шкаф, а в шкафу — коробка, а в коробке — туфли. Злые говорящие туфли! Даже выходить в коридор страшно. А вдруг они оттуда вылезут, выползут и снова набросятся?

Из окна моей мастерской хорошо виден парадный вход. Стемнело, закатное солнце сползло за горизонт, и лишь розовато-ванильное марево напоминает, что еще недавно был день. Сад потонул в сумраке ночи, деревья черными великанами вырисовываются на фоне еще светловатого неба.

Кареты мадам Ивонн так и нет. Вероятно, она осталась ночевать у своей подруги. Вряд ли кто-то захочет возвращаться домой в темноте, а значит, она сегодня уже не приедет. Признаться честно, я валюсь с ног от усталости. Может быть, даже и не от самой усталости, а от волнения. То, что произошло сегодня, не укладывается у меня в голове. Если бы я не видела это своими глазами, никогда бы не поверила. Хотя… Я и сейчас с трудом в это верю.

Набравшись храбрости, выхожу в коридор. Тихо, ни единого шороха. С опаской поглядываю на дверь комнаты, где в шкафу притаились злые туфли. Ничего не происходит.

Придерживая подол платья и постоянно озираясь по сторонам, бегу в сторону кухни. Ложиться спать голодной все-таки не хочется. Крадусь по коридору со свечой в руках и, еще не дойдя до прачечной, решаю свернуть и пройти другим путем. Здесь недалеко комната Жанны, а мне не хочется ее будить. Она встает с первыми лучами солнца, и работы у нее хоть отбавляй. Должна же она хотя бы немного отдохнуть. В этой части дома я еще ни разу не была. В день моего приезда экономика показала мне, как дойти до моей комнаты, и другим путем я никогда не ходила. Коридоров в этом доме столько, что можно заблудиться. Завернув за угол, в тусклом свете свечи замечаю маленькую дверь. Наверно, она ведет в подземелье, подвал или как еще это называют… Про это место мне никто не рассказывал, хотя и на второй этаж, где находятся покои госпожи, я тоже ни разу не поднималась. Туда ведет лестница, увитая узорчатыми перилами, и никто кроме мадам и ее слуг по ней не ходит.

В тишине мне кажется, будто где-то раздается приглушенный скрип. Из-за двери доносится какой-то шорох, но его почти не слышно, потому что он где-то совсем далеко. С минуту стою возле двери, несколько капель воска падают на пол, превращаясь в желтоватые пятна. Не удержавшись, дергаю за ручку. Заперто.

В двери есть маленькая замочная скважина, значит, закрыто на ключ.

— Вдруг там тоже что-нибудь злое… Или кто-нибудь! Пойду-ка я лучше на кухню! Хватит с меня приключений на сегодня! — решаю я и ухожу, хотя меня не покидает чувство, что мне следовало остаться там и попытаться открыть.

На кухне добрая Жанна оставила для меня хлеб, сыр и молоко. Этот нехитрый ужин помогает наконец избавиться от чувства голода и отвлечься от воспоминаний о том, что я пережила сегодня.

Убрав после ужина посуду, отправляюсь к себе в комнату. Залезаю в кровать, до самого носа натягиваю одеяло. В комнате не так уж и холодно, но я все равно мерзну. Наверно, потому что перенервничала. Кажется, я до утра не смогу заснуть, мысли о возвращении мадам, одна страшнее другой, постоянно лезут в голову. Я долго ворочаюсь, но сон все же приходит. Крепкий сон без сновидений — то, что мне сейчас так нужно.