Книга Гадалка и скептик, страница 42 – Алиса Калинина

— Аня, Анечка, очнись, милая, — горячо шептал мужчина, лихорадочно целуя закрытые глаза, виски, бескровные губы девушки.

Положив ее в кресло, он, стоя на коленях, принялся согревать поцелуями ее холодные руки, бережно растирать мочки ушей. Понемногу она начала приходить в себя. Открыв глаза, Анна увидела перед собой Якова. Переживания прошедших дней снова нахлынули на нее, и, судорожно всхлипывая, она сползла с кресла и, обхватив руками Якова, уткнулась в его грудь лицом. А он бесконечно нежно, успокаивающе гладил ее по спине, целовал волосы.

Некоторое время эти двое не могли поверить, что это на самом деле они держат друг друга в объятьях, что они вместе.

«Я, конечно, дико извиняюсь, но не пора ли вернуться в реальность? Наверно, не от того, что Анне Викторовне просто взгрустнулось, она решила собою этих собачек страшненьких покормить⁈ Может, ноги делать надо?» — пытаясь проявить чудеса тактичности, потревожил влюбленных Штольцев II.

Яков был с ним полностью согласен. Но, видя в каком состоянии находится Анна, он понимал, что сделать это будет очень непросто. Чтобы вернуться с ней тем же путем, которым пришел он, Анна должна быть совершенно спокойна, от нее не должно исходить ни малейшего импульса страха, она должна быть уверена в нем, в том, что он сможет защитить от всех бед. Как же он сам хотел в это верить! И поэтому, когда она все еще вздрагивая, трогательно шмыгая носом, спросила, как он ее нашел, Яков с беспечной улыбкой, давшейся с невероятным усилием, ответил:

— Анна Викторовна! Вы забыли, что я непобедимый, неуязвимый вождь Зеленый Змей! Я могу превращаться в зоркого орла, в безжалостного волка, в дикого кабана и проницательную змею! И все это, чтобы защитить Вас.

При этом звонко чмокнул ее в зареванный, красный носик.

Конечно, он ей не расскажет, как все обстоит на самом деле.

* * *

Он гнал машину, нарушая все правила, обгоняя, подрезая. Он знал, куда ехать. Боль в плече его направляла. Подъезжая к перекрестку, он ощущал, куда она смещается, простреливая то одну сторону, то другую.

«Ничо так навигатор, Яков Платоныч, у Вас!» — пытаясь снять напряжение, подал голос Штольцев II.

С содроганием он вспомнил, что мог бы потерять драгоценные минуты и с ними потерять Анну.

Наглый гаишник, этот повелитель полосатой палочки, знаком велел

остановиться, а затем потребовал выйти из машины.

— Командир, прости, человек в опасности, на обратном пути оформишь мне все штрафы, какие только бывают, — Штольцев, дрожа от ярости, пытался решить вопрос миром.

Но зажравшийся «Капитан взвода к/Козлов» поняв, что у человека, действительно решается вопрос жизни и смерти, принялся добивать буквами закона, получая удовольствие от вида закипающего на глазах нарушителя. Очень ему нравилось таких самоуверенных, брутальных самцов обламывать. Но звезды расположились так, что удовольствие оказалось сомнительным.

Мощным ударом в челюсть Яков убаюкал гаишника, пристегнул его наручниками к рулю, выбросил ключ зажигания и рацию в кусты и помчался вперед.

Дорогу окружал сосновый бор. Проехав дальше, он увидел сетчатый забор, взгляд уперся в табличку «Частные владения». Отъехав назад, Яков загнал машину подальше от глаз. Затем легко перепрыгнув через ограждение, весь превратившись в одно сплошное чувство, побежал. Он точно знал, куда направиться. И через двадцать минут увидел коттедж, окруженный внушительным забором. Однако обойдя его вокруг, он не увидел ни признаков охраны, ни камер. Будто бы он был необитаем. Единственное, что привлекло взгляд — возле калитки, рядом с воротами прикреплено предостережение: «Осторожно, злая собака!» «Ну, уж с этим мы разберемся», — подумал он.