Книга Изменяя космос, страница 54 – Лисса Мун

Время? Растения в моей каюте подверглись экспериментам в тот же день. Умерщвлять их было жалко. Но понимание своих способностей и возможности осознанно влиять на результат мотивировали к действию. Необычные тренировки с капитаном научили меня погружаться в состояния разрушения и созидания. И важно в конечном итоге оказалось не как, а откуда.

Корабельные цветы послушались на удивление быстро. Стоило мне вспомнить скомканный лист прописи, как мое тело откликалось, включаясь в игру разума. Словно точно так же, как и он, сжимались корни, переставая усваивать питание из раствора, и вскоре черешки чахли, опуская вниз зеленые мягкие тряпочки. Но пока не началось окончательное разрушение клеточных мембран, мне удавалось повернуть процесс вспять. Расправлялись корни, включая свою насосную функцию, вновь наполняя стебли живительной влагой.

Когда в своей каюте я проделала это с каждым растением по несколько раз, мое внимание переключилось на ниши в стенах коридора. С одной стороны, я четко видела эффект своих действий. С другой, хотелось как можно больше экспериментальных подтверждений. Ведь скептик внутри меня частенько сомневался, не совпадением ли было очередное поникшее деревце. Раньше я не обращала внимания на самочувствие зеленых товарищей, возможно, удобрения в раствор поступали неравномерно. Поэтому появился некоторый азарт. Доказать самой себе, что все происходящее более чем реально. Шальные мысли начать тренировки на людях я успешно отгоняла прочь. А вот вариегатные листья около моей двери не избежали участи. Концы очень быстро отсохли. Совсем. И восстановить их не удалось. Это слегка отрезвило. Переходить к гуманоидам, пожалуй, все же рановато.

Во сне мне послышалось, что кто-то кричит. То ли люди, то ли животные, то ли представители иной расы – возможно, все вместе. Но я в это время испытывала странный жар, будто равномерное пламя окутывало тело тонкой пленкой. Неясные образы, но уверенное знание, что надо мной стоит огромная темная глыба, наделенная практически безграничной властью. И когда я потеряла способность выдерживать это давление, глаза открылись сами собой. Оказалось, что одеяло сбилось в комок, ночное платье прилипло к телу, а сердце бешено стучало о ребра.

Мне редко виделись по ночам неприятные картинки. А еще реже мне снилось что-то в вакууме. Я пока не поняла, как это взаимосвязано, но факт оставался фактом. Поэтому бурная телесная реакция насторожила.

Я умылась, переоделась в летный костюм и вышла в коридор. Ноги сами несли к лифту. А в следующее мгновение я обнаружила себя у двери капитанской каюты. Сообразить, как там очутилась, не успела, а рука уже тестировала сенсор на отклик. Собственно, доступ к различным помещениям у меня был весьма ограниченный. Но проем отворился на удивление быстро, словно Алеред караулил, ждал или получил сигнал системы и молниеносно подскочил. А может, просто время растворилось в моем сознании или бессознательное слилось со временем.

— Лика? – капитан удивленно взирал сверху вниз, одновременно одергивая только что надетую футболку, плотно обтянувшую кубики на торсе. – Ты чего не спишь?

— Хотела бы я знать, – выдала, смутно соображая, как объяснить свое местонахождение. – Тут что-то.

Алеред серьезно поджал губы и одним движением втащил меня в каюту, попутно закрывая дверь. Я снова попыталась нащупать в мыслях ускользающее понимание происходящего. Но оно лишь эфемерно подразнивало, словно мираж среди барханов.