Книга Танец с хищником, страница 59 – Колин Ви

Говорил он спокойно, почти ровно, только жилка на шее выдавала всё остальное.

Его мысли снова были для меня закрыты, но и без них я чувствовала, как тяжело ему даются эти слова.

— Каэль… У меня впервые такое, но я не могу не спросить. Что будет со мной, когда?..

— Душа моя… Благодаря своему врожденному дару ты неуловима, как ветер. И я могу быть кем угодно, но только не идиотом. Если ты всё ещё здесь, со мной, то только потому, что твой дар ещё не набрал полную силу. Но когда это произойдёт, ты легко сможешь шагнуть в любой знакомый тебе мир, и тогда ни один оборотень для тебя не будет преградой, — грустно улыбнулся мне оборотень.

У меня от шока челюсть чуть на пол не рухнула. Даже не попросил остатся, только предупредил, что скоро расстанемся!

— Как это — шагнуть в любой из миров? Ты хочешь сказать, что я всё это время могла вернуться домой, и твои условия меня вообще не держали? — С каждым словом сердце будто покрывалось ледяной коркой. — То есть до этого ты и не собирался мне говорить, что я вольна уходить? Все время о договоренности напоминал! Зачем? — Я невольно повысила голос. — Каэль, ты сам не запутался в своих хитросплетениях? Не устал жонглировать нами всеми и собой в том числе? — Как же мне хотелось его придушить!

Даже после всего, что произошло, мы как два огня: обжигаем и обжигаемся.

Я быстро выбралась из бассейна, нашла в спальне одежду, кое-как натянула, зло отдергивая ткань. Как будто во всем только она была виновата.

Голова шла кругом от его тайн и планов. Каэль как будто не мог жить без того, чтобы не просчитать десять шагов вперёд.

Хотелось орать, топать ногами, крушить всё вокруг, но вместо этого я вдруг вспомнила, что пора бы поесть. Хоть чем-то занять рот, пока из него не полетели проклятия в сторону правителя.

— Алиса! Я никогда не говорил, что являюсь пушистым зайчиком! — В своём естественном облике, то есть голый, он быстро догнал меня, схватил за руку и развернул так, что я ударилась о его стальные мышцы. — Когда ты перестанешь требовать, чтобы я стал тем, кого ты никогда бы не полюбила?

А вот это было лишнее. От последнего слова меня дёрнуло, как от пощёчины. Я вырвалась из захвата рук и постаралась ответить как можно высокомернее:

— Я? Влюбилась?! Ха!

Горло свело спазмом, но мой упрямый характер не сразу понял, какую боль причинили эти слова. А когда понял, захотелось чем-нибудь стукнуть уже себя.

Мы оба тяжело дышали и прожигали друг друга злыми взглядами, но не отступали.

— Ты маленькая избалованная чертовка! Не хочешь понимать, что каждое моё слово может навредить целому миру! Поэтому я привык держать всё в себе! Я не мог тебе сказать раньше! — прорычал он.

— Не рычи на меня! — крикнула я в ответ.

Мы всё ещё тяжело дышали и не сводили друг с друга глаз. Будто стояли на краю пропасти и держались за злость только потому, что иначе пришлось бы признать что-то куда страшнее.

От ярости у меня перехватило дыхание, и вдруг я почувствовала под ногтями тёплую кровь — так сильно сжала кулаки.

Я лихорадочно заметалась взглядом по комнате. Срочно нужна была еда, хоть что-то, чтобы успокоиться.

На языке так и плескались обидные слова, упрёки и обвинения, но я догадалась, что сейчас лучше заткнуть рот едой, чем поддаться ярости.