Книга Истинная для льва. Трудности оборота, страница 11 – Римма Кульгильдина

Почистив и магически придав платью свежий вид, я поправила выбившиеся из причёски локоны. Глубоко вздохнула, выравнивая дыхание. Всё же несмотря на то, что я с детства знакома с Матарисом, он — принц. А я всего лишь его подданная. От этого «всего лишь» неприятно засосало под ложечкой. Потянула на себя дверь и всё же вошла в обеденную залу, полную членами прайда Выскочек и их близкими друзьями. В омут с головой. В клетку со львами. Что тебе ещё терять, Лилу?

Тихие разговоры, что велись за столами, как по команде смолкли. Головы присутствующих повернулись в мою сторону.

Сохраняя безмятежный вид и удерживая светскую улыбку, я бегло оглядела присутствующих и уткнулась взглядом в ширму. Полог тишины, висящий над ширмой, чуяли все присутствующие. Занятно.

Одна из рыженьких девушек, что работают здесь официантками, неслышно материализовалась рядом и тихо произнесла:

— Мисс Белокрицкая, прошу.

Шурша юбками, девушка повела меня за расписную деревянную ширму. За ней, развалившись в кресле, сидел недовольный Матарис и с раздражением ощипывал лепесток за лепестком шикарный розовый бутон. Принц поднял голову и недоверчиво уставился на меня.

Официантка, что-то тихо пискнув, скрылась с глаз. Я проследила за ней, скорее по привычке и отметила про себя, что ширма ширмой, а мистер Хантер глаз с нас не сводит.

Что меня дёрнуло в тот момент, не знаю! Но, сохраняя на лице светскую улыбку, я подошла к принцу вплотную. Осторожно вытащила из его руки длинный стебель розы и коснулась его щеки остатками бутона. Матарис смешно моргнул.

Наклонилась к самому уху и прошептала:

— Любит или не любит?

— Что? — тоже шёпотом ответил потерявшийся в ощущениях принц.

Я обошла стол и села напротив.

— Извините за опоздание, Ваше Высочество, — произнесла церемонно и выдала самую ослепительную из своего арсенала улыбку.

— Ничего, Лилу, — всё ещё потрясённо проговорил Матарис. — Я был уверен, что ты придёшь.

Кивнула, чуть отведя взгляд в сторону.

— Никто не может отказать наследному принцу, — ответила светским тоном и вновь посмотрела на принца.

Матарис поморщился.

— На самом деле, ты могла отказаться, — дёрнув уголком рта, сказал он и подал знак накрывать на стол.

Мистер Хантер собственной персоной засуетился вокруг нашего стола, подавая закуски и рассказывая подробно о каждом блюде. Дождавшись окончания представления, я пригубила бокал с водой и, выгнув бровь, поинтересовалась:

— Могла отказаться? Неужели это возможно?

Матарис облокотился на подлокотник кресла и с удовольствием рассматривал меня.

— Тебе — можно, — выдал он и тут мне пришлось уставиться на него с удивлением, а он как ни в чём не бывало добавил: — Я очень голоден. Приступим?

Некоторое время над нашим столом слышался только перестук столовых приборов и тихий звон бокалов. Признаться, я тоже очень хотела есть и была благодарна принцу, что не пришлось поддерживать светскую беседу.

Как только первый голод был утолён, принц вольготно откинулся на спинку кресла и заинтересованно уставился на меня:

— Расскажи мне о своей жизни, Лилу. Ты, как лисица, всё время ускользаешь.

Фыркнув на подобное сравнение и промокнув губы салфеткой, произнесла:

— Вся моя жизнь проходит под грифом «секретно», — взглянула на него и улыбнулась. — И это не фигура речи.