Книга Хрупкое счастье понедельника, страница 9 – Дэни Аткинс

— Может быть, уже пришло время сходить кое к кому? – осторожно спрашивала Лиза, стараясь не разбудить в Алексе страх перед медицинскими процедурами.

Это было не просто преходящее недоверие к врачам. Это была иррациональная боязнь белых халатов, которую к тридцати пяти годам он уже должен бы был перерасти. Но преодолеть фобию значило признаться врачу в том, что у него есть проблема, а именно в таких ситуациях он и чувствовал себя неуютно. Источник этой проблемы оставался тайной, и он никак не мог связать это с каким-нибудь происшествием в детстве.

— У тебя всегда были странные отношения с больницами, – говорил старший брат Тодд. – Даже когда ты был совсем маленьким.

Алекс признавал, что, пожалуй, пришло время решить эту проблему.

Он проверил телефон, сидя за столом в ожидании, пока на ноутбуке загрузится документ. Сообщений от Лизы не было, а звонить снова уже поздно. Она наверняка занята на выставке, общаясь с бывшими коллегами и готовясь к выступлению.

Вместо этого Алекс отправил ей короткое сообщение в мессенджере и уверенным движением отложил телефон в сторону, углубившись в работу. PR-компания, которую он основал восемь лет назад, наконец начала получать в отрасли то признание, о котором он мечтал, и предложение, над которым сейчас работал, могло привести к заключению контракта, способного вывести фирму на новый уровень.

Через два часа шея затекла, протестуя против долгого отсутствия движения. Алекс отстранился от стола, решив, что сейчас самое время прерваться на кофе. Стол Лизы в противоположном углу комнаты был завален сильнее, чем у него: модели планет, фотографии Алекса и Коннора в рамках и стопки документов, постоянно балансировавшие на грани превращения в неподъемные горы. Один хороший порыв ветра – и ей пришлось бы провести несколько недель, отделяя следующую главу книги от распечаток рецептов из интернета и несметного множества старых списков дел. Алекс улыбнулся, потому что каждая вещь в этом беспорядке напоминала ему о жене, от недоеденного пакетика мармеладных конфет до новой модели из папье-маше, сделанной ею вместе с Коннором.

Алекс сбежал по деревянной лестнице, не забыв захватить с собой телефон на случай, если позвонят из школы, хотя и надеялся, что, какая бы проблема ни мучила его сына с утра, все уже прошло. В ожидании, пока сварится кофе, он позвонил в итальянский ресторан и заказал столик на вечер. Будет поздновато для Коннора в вечер перед школой, но ведь это важный день в семействе Стивенсов, который следовало отметить подобающе.

Он смотрел, как капли кофе падают в подставленную кружку, тревожно напоминая больничную капельницу. В отсутствие двоих самых бойких обитателей в доме было необычно тихо, и, в первую очередь чтобы немного отвлечься, Алекс взял в руку пульт от телевизора. В это время, скорее всего, должны были показывать очередную передачу про ремонт или рекламу, спрашивавшую, позаботился ли он о своих близких в завещании. С улыбкой он отметил, что угадал: именно это и рекламировали в перерыве. Он отключил звук, повернулся к гудевшей на столе кофе-машине и, как всегда, наполнил кружку по самый край, так что не пролить его было почти невозможно.

Держа кофе в одной руке и пульт в другой, он уже собирался выключить телевизор, когда заметил в правом верхнем углу экрана красный прямоугольник «Экстренные новости». В кухне было тепло благодаря полу с подогревом, но Алексу вдруг показалось, словно он провалился под лед замерзшего озера. Изображение на экране было зернистое – видимо, съемку вели с вертолета или квадрокоптера. Но сцена все равно была ясно различима. Железнодорожные пути окружены всевозможными машинами экстренных служб. Только два вагона оставались на рельсах. Остальные слетели под откос и лежали на боку грудой искореженных обломков, словно чья-то гигантская рука смахнула в сторону игрушечный поезд.