Онлайн книга «Причина остаться»
|
— Ясно. Я отключилась и снова внесла его номер в черный список. Вот же ублюдки! Можно было догадаться. В тот день, после похорон Эрни, я с головой выдала себя, когда советовала Сэму выбрать для стажировки фирму конкурентов отчима. Должно быть, так Томпсон решил мне отомстить – за отказ работать на него или, может, за то, что предпочла Акселя. А я ведь несколько месяцев верила, что это Аксель меня сдал… Как бы то ни было, Томпсон получил сполна. Теперь я не сомневалась: карма настигнет и Чарли тоже. Рано или поздно. — Да ты просто гроза штата. – Лора была в комнате и слышала этот разговор. – Выключи свет, будь другом. Уже давно пора было ложиться. Я ждала нашей следующей встречи с Акселем с беспокойством, смешанным с предвкушением, и долго не могла уснуть, прислушиваясь к тишине за окном: он ведь пошутил насчет серенады? Глупо, но, так и не услышав ничего напоминающего пения (вот это был бы номер!), я ощутила легкий укол разочарования. Должно быть, переживания так сильно вымотали меня, что я едва не проспала начало занятий. Разбудила меня Лора: она вбежала в комнату, что-то бурча себе под нос, и схватила со стола планшет, который то и дело забывала. — Вставай уже! – крикнула она. – Там художники – или бог знает кто – опять разошлись. Надо ж такое устроить! Ее голос доносился как будто издалека, и мне было лень реагировать на него – до того момента, пока я не вспомнила об Акселе. Никогда еще я так тщательно не укладывала волосы, не подкрашивала губы и не выбирала одежду на день. Увидимся ли мы сегодня? Тревога насчет того, что он уедет, решив, что все попытки наладить контакт тщетны, уже зарождалась внутри. Если так, то я переживу, конечно, убеждала я себя. Но он ведь забрался в такую даль – неужели только чтобы попросить прощения и уехать? В коридоре было непривычно шумно для понедельника. В очередной раз посмотревшись в зеркало и решив, что больше времени на сборы у меня нет, я схватила сумку и вышла из комнаты. С легким шелестом что-то упало мне под ноги. На автомате я наклонилась, чтобы поднять лист бумаги – обычный стикер для заметок, какие оставляют на холодильнике или в тетрадях для лекций. На нем было написано размашистым и смутно знакомым почерком: Как ты, холодная, желанна мне! Поверь, Неумолимая, как беспощадный зверь![8] — Только глянь! – воодушевленно воскликнул кто-то. Мои соседи толпились в коридоре: кто-то снимал листки со стен, кто-то фотографировал, кто-то вслух декламировал написанное на них. Я обернулась: наша дверь тоже сверху донизу была оклеена такими стикерами. Они висели повсюду: на дверях, стенах, доске объявлений, парочка даже на потолке. Казалось, их сотни. Выдохнув от удивления, я присмотрелась к следующему листку, и к другому, и к третьему: каждый, насколько можно было судить, содержал свое собственное послание. Я узнала Уолта Уитмена: Если кого я люблю, я нередко бешусь от тревоги, что люблю напрасной любовью, Но теперь мне сдается, что не бывает напрасной любви, что плата здесь верная, та или иная.[9] Это был зеленый листок. На розовом я нашла другие строки: Представьте, звезды влюбились бы в нас, А мы бы на них не подняли глаз! Скажу, никого и ничто не виня: Пусть больше я люблю, чем меня.[10] На некоторых были выведены целые четверостишия или короткие сонеты, на других – не больше строчки. Я взяла один такой. |