Книга Причина остаться, страница 22 – Рита Вертер

— А Эрни Уилкс-то, кстати, там был? – спросил мистер Хейз. – Рыжий такой, у него еще… – Он помахал ладонью перед лицом.

Мистер Хейз почти не ел – мне показалось, из-за боязни уронить еду в присутствии Анны.

— Да, он тоже был на покере, – сказала я после короткой паузы. Не доставит ли мой ответ неприятностей Эрни?

— Вот как. Думал, он завязал, пройдоха. Как ферму отца еще в карты не проиграл, ума не приложу…

— Ну, будет тебе, – неожиданно мягко осадила его миссис Грин. – Это уж они сами разберутся. Итак, Эмма, а сколько, ты говоришь, тебе лет?

Я набрала в легкие побольше воздуха, приготовившись врать. Разговор продолжился в том же духе. В конце вечера, когда Анна отправилась домой, а я убирала со стола и мыла посуду, мистер Хейз сказал мне:

— На завтрак мы предпочитаем яичницу с беконом, и не позднее семи утра. Посмотри, сколько продуктов осталось: нужно съездить в город, пополнить запасы.

— Без проблем, – согласилась я. – Что-то еще?

Он замолчал, словно раздумывая, какую еще работенку мне подкинуть. Я решила, что даже к лучшему, если день будет занят так, чтобы ни о чем не думать и к вечеру устать настолько, чтобы сразу отключиться.

— Там посмотрим, – наконец сказал он. – Помоги-ка мне подняться.

Я подала ему руку. Мистер Хейз стиснул зубы, вставая со стула, – судя по всему, это движение причиняло ему боль. Глаза его судорожно вращались в глазницах, и, не привыкнув к этому, я избегала смотреть ему в лицо. Он взял трость и вполне уверенно выпрямился, хотя его тело то и дело непроизвольно подергивалось.

— Через два часа я иду спать, так что не топай у себя, – сказал он в качестве напутствия перед сном.

Оно показалось мне странным: нас разделял целый пустой этаж, да и дом был таким большим, что вряд ли можно было что-то услышать, но я только вежливо улыбнулась в ответ.

— Вам нужно принять лекарство, – напомнила я.

— Без тебя знаю, – беззлобно огрызнулся он.

Манера общения мистера Хейза могла показаться слегка грубоватой, но я не видела в ней попытки задеть меня, скорее старческое напоминание «я мудрее». Должно быть, болезнь давалась ему нелегко, и это желание почувствовать себя главным я вполне могла понять и принять.

Вместо того чтобы занять свое привычное место в гостиной, он заковылял к двери на улицу. Там мистер Хейз уселся в кресло-качалку и, тяжело вздохнув, уставился вдаль, не обращая на меня внимания. Я вышла за ним следом и отправилась кормить кроликов. Акселя в загоне для лошадей не было, так что я скорее из вредности подошла и погладила гриву гнедой кобылы. Она уткнулась в мою ладонь мокрым носом, явно требуя угощения.

— Красавица, – сказала я, гадая, какое у нее имя.

Справившись со своей задачей – не без гордости за себя, потому что делала это впервые и вполне уверенно, хотя и не могла сдержаться, чтобы не потискать кроликов, – я вернулась к дому.

Солнце уже село, но воздух все еще был теплым, душным, наполненным ароматами леса и земли. Со стороны реки доносилось стрекотание цикад, а из соседнего дома – шум телевизора и приглушенные голоса. Я рассчитала, какое из окон, выходящих во двор, принадлежит комнате Акселя. Свет в нем не горел, и вообще весь дом казался темным, мрачным и нежилым. Может быть, у меня получится сделать его чуть более уютным.