Книга Цена любви и мести 2, страница 170 – Анастасия Разумовская

Доктор бросил на него взгляд. Засунул градусник в рот. Посмотрел на тазик, в котором виднелась уже прозрачная рвота (вся едва давно покинула желудок больного, и её вынесли).

— Понос? — спросил коротко.

— Да, — также коротко ответила Ирис.

— Писать просился?

— Да.

— Смог?

— Нет.

Эль Диар кивнул.

— Когда и где вы пили, Ваше Величество?

— Ирис давала, — прохрипел Дайн, глаза его блестели от лихорадки.

— А до принцессы?

— Чай мне давали. Когда мы взяли дворец…

— Чу́дно. А до этого?

— Вино давали в полку.

— А до этого?

Дайн открыл рот и стал дышать ртом часто-часто. Заплакал от бессилия.

— Фонтанчик. Питьевой. Пить хотелось. Ирис, дай мне пить…

Ирис налила стакан и протянула ему.

— Кипячёная? — холодно уточнил эль Диар.

— Н-не знаю… А нельзя?

Доктор закатил глаза. Раздражённо выдохнул.

— Можно. Если хотите поточнее отправить его в бездну. В городе — холера. Вы издеваетесь?

Ирис побелела:

— Но это же… это же не…

— Это именно она. Его Величество болен. Его никто не травил. Если не считать, конечно, за живое существо питьевой фонтанчик.

— Он выживет? — дрожащими губами прошептала Ирис.

— Я не бог. Сделаю что могу. Если не будете ему сырую воду давать, конечно. И велите объявить в городе карантин, наконец.

Ирис отставила кружку. Дайн снова заплакал. Он горел и плавился, и постоянно хныкал. Без слёз.

Эль Диар действительно не был богом.

Король умер следующим вечером. Ирис лежала рядом, обнимала его всё ещё тёплое тело, смотрела в осунувшееся несчастное лицо, тёмное и страшное, и не могла поверить, что брат мёртв. Просто прижимала к себе, инстинктивно желая согреть.

Ширан уже выходил из телеграфной, когда услышал писк аппарата. Вернулся.

«Дайн умер. Ширан, мне плохо».

Ему показалось, что от переведённых оператором строк пахнет слезами.

Герцог только вернулся в лагерь, расположенный в горной барсовой деревушке, не успел даже переодеться с дороги. Он уже знал, что король заболел холерой — Баэрд сообщал обо всём оперативно — но возвращаться не стал: войну прервать невозможно, даже если в столице происходят такие события.

Действия жены порадовали чёткостью. Советника Гория практически тотчас выпустили из-под стражи, как только стало ясно, что об отравлении речи не идёт. Что же до полковника Меллерта и в целом семьи Ярниса, то тут всё было сложнее: Западный герцог организовал заговор, в результате которого погиб король. Да, Ярнис не убивал монарха, всё произошло по трагической случайности, но произошло-то в результате его авантюры, и теперь вся семья находилась под арестом. Самого Ярниса заключили под стражу по приказу уже Ширана, непосредственно в полку. Разумеется, серьёзных обвинений не было: в конце концов, кавалергарды Меллерта действовали согласно воле короля, по желанию короля и не имели целью причинить вред монарху. Но ведь причинили.

И сейчас вот это короткое сообщение привело Ширана в недоумение. «Мне плохо». Что на это отвечать?

— Отправь ей слова поддержки, — приказал он.

Бедная девочка! Жертвовать собой ради жизни брата и потерять его, вопреки всем усилиям! Вот поэтому жертвовать собой ради кого-то вообще бессмысленно.

Оператор принялся выбивать сигналы.

— Прочитай, — лениво велел Ширан.

Смерть монарха меняла всё. Королевой становилась Ирис, королём — он сам. Вполне официально. Мешал только Эйв, но если выбить из-под ног принца спасительную табуреточку — помощь ирбисов… Да. Тянуть дальше не имеет смысла. Нужно удалять Ксирату. Если Ширан становится королём, то другой вопрос может будет решить в общем порядке.