Книга Это (не) любовь, страница 78 – Мария Птахова

— Прости! Прости меня! - шепчет, покрывая лицо поцелуями.
От тепла ее тела мне становится лучше. Ее халат распахнулся, она прижимается ко мне всем телом, но никакого возбуждения я не чувствую. Дрожь постепенно проходит, но на ее место приходит усталость.

— Давай спать. - говорю тихо. Настроение безвозвратно испорчено.

Константин.

Утро выходит не добрым. Мы впервые ссоримся. Мая решительно настроилась штурмовать миграционную службу. Мои доводы о том что это не поставщики и без рычагов давления к таким людям лучше не ходить она пропускает мимо ушей. Поняв что впустую сотрясаю воздух, решаю не мешать ребенку набивать шишки. Отступаю, предоставляя ей возможность действовать самостоятельно.

Сам я еще вчера запросил компромат на всю местную систему управления, начиная от мэра и заканчивая майором милиции. Уж очень не понравилось мне то как нас встретили. Сегодня утром добавил в этот список начальника миграционной службы. Напряг всех кого знаю и через несколько часов получил желаемое. Бля, зря я Маю одну к такой мрази отпустил... То что подобные люди могут открывать бардели и притоны для меня не новость, но в его организации продается все. Особенно ужасают фотографии детей, которым до "возраста согласия" еще расти и расти.

Надеюсь охрана не пропустила мимо ушей мое утреннее внушение и не позволит причинить ей вред. Вот только под их ответственностью исключительно физическая безопасность, а меня беспокоит вопрос, какой моральный вред ей могут нанести сегодняшние переговоры?

Я уже весь извелся. Лежать спокойно не могу, хожу кругами по коридору. Когда она заходит - сразу понимаю что мои худшие опасения оправдались. Мая выглядит сломанной и смятой. С порога прижимаю ее к себе, глажу по голове. Она тихо всхлипывает, уткнувшись мне в грудь. Очень крепко обнимает, вызывая боль от полученных недавно ушибов. Сжимаю зубы и терплю - понимаю что ей сейчас необходимо это. Когда она немного успокаивается веду ее на кухню. Делаю горячий чай и усаживаю себе на колени.

Мы оба молчим довольно долго.

— Я такая дура наивная. - говорит тихо.

— Мая, ты и наивная, но точно не дура. Тебе просто не хватает опыта. Это пройдет... К сожалению.

— Почему к сожалению?

— Терять наивность всегда больно.

— Промо как с невинностью... - усмехается Мая и снова замолкает.

— Знаешь, я передумала. - говорит, утыкаясь мне в шею. - Можешь называть меня малышом. Я согласна. Я слабая и хочу на ручки.

Зарываюсь в ее волосы носом и тихо говорю:

— Спасибо.

— За что?

— За то что... позволяешь мне видеть тебя такой... Позволяешь оберегать. Защищать. Знаешь, я чувствую себя бесполезным когда ты отвергаешь мою помощь.

— И ты не перестанешь уважать меня? Я с таким рвением добивалась равных отношений, а получив их сдалась через 2 дня...

— Разве то что ты иногда хочешь горячий чай и на ручки повод не считать тебя равной? Я считаю что только сильные люди способны признавать свои слабости. Знаешь, мне всегда очень сложно просить о помощи. Когда мне трудно, когда упираюсь головой в стену, когда выматываюсь - я ухожу в себя и замыкаюсь. Не могу признаться, что не справляюсь сам. Мне всегда очень сложно делиться своими проблемами, просить о помощи. Я постараюсь не повторять эту ошибку с тобой, но если ты когда-нибудь увидишь меня таким - холодным, грубым, отстраненным - знай что мне просто очень нужна твоя поддержка, хорошо?