Книга Мой босс. Без права на ошибку, страница 24 – Рене Эсель

— На самом деле, Олег Константинович, я всерьез подумал над вашими словами. — Паша складывает перед собой руки и с вызовом смотрит на него. — Потом перепроверил отчеты. Склонен с вами согласиться. Где-то под моим носом работает хитрый умелец. Так что считаю предложение об аудите совершенно обоснованным. Более того, настаиваю, чтобы его провели как можно скорее.

Шершнев замирает. Ярость неуловимой тенью проскальзывает по лицу, искажает красивые черты. После чего губы растягивает довольная ухмылка, а колкий взгляд изумрудов обжигает меня.

«Чему ты радуешься?» — поражаюсь его поведению и с сомнением смотрю на Пашу.

У нас кто-то проводит махинации? Как подобное проскользнуло мимо меня?

В голове носится тревожный кабанчик. Мысленно перебираю все выполненные нами отчеты. Я лично проверяла практически каждый. Неужели что-то упустила? Становится дурно. Шею сжимает страх, в горле встает комок.

— Вот и прекрасно, — внезапно выдает Шершнев и откатывается в сторону. — Верное решение. Продолжим, коллеги…

Весь остаток совещания не нахожу себе места. Как такое произошло? Рисую план. Нужно успеть до аудита поднять отчеты. Посмотреть, что пошло не так.

Вдруг Шершнев ошибается? Почему же я уверена в его правоте?

Ситуацию усугубляет и то, с какой легкостью Паша предположил, что преступник среди его команды. А не на меня ли он намекнул?

Трясу головой. Бред какой-то.

— Елена Семеновна?

От упоминания своего имени подпрыгиваю и возвращаюсь к реальности. Шершнев смотрит в упор, коллеги переглядываются и недоуменно косятся в мою сторону.

— Вы хотите что-то добавить? — подсказывает. — Или не согласны с тем, что мы все обсудили?

— Нет, нет, — трясу головой и сжимаю колени. — Все в порядке, Олег Константинович.

— Тогда все могут идти, — Шершнев разваливается в кресле, и я подпрыгиваю с места. — Кроме вас, Елена Семеновна. Обсудим пару моментов по проведению аудита в вашем отделе.

Страх возвращается и топит по самую макушку. Жду, что в кабинете останется еще кто-нибудь. Задать вопросы или обсудить какие-то проблемы. Но все исчезают так стремительно, что не успеваю глазом моргнуть.

Божечки, неужели это происходит со мной.

— Ничего не хочешь мне сказать? — голос Шершнева пропитан ядерной смесью эмоций, которая превращает меня в дерганого ребенка.

Тяжело вздыхаю. Не съест же он меня?

— Олег, я правда ничего не знаю про махинации, — слова вырываются сами собой.

Шершнев поднимается и стремительной походкой движется в мою сторону. За секунду преодолевает расстояние между нами. Встает рядом, парализует, придавливает своей аурой. Кладет руку на спинку кресла, затем резко разворачивает вместе со мной.

Хватаюсь за подлокотники, чтобы не улететь, и сталкиваюсь со сверкающими изумрудами. Аромат жженой сосны забирается в легкие и будоражит воображение.

Он невероятно близко. Как тогда в туалете. Даже в той же самой рубашке.

— Я тебя не про махинации спрашиваю, Лена, — шипит и склоняется ко мне.

Зеленые глаза превращаются в щелочки, ладонь ложится на подбородок. Сжимает и дергает голову вверх. Цепляет кончиком своего носа мой. Смотрит жадно. Словно желает поглотить собой.

И мне это нравится.

Дергаюсь от внезапного понимания. Вырываюсь, но пальцы сильнее стискивают подбородок. Блокируют любую попытку сопротивления.