Книга Мой босс. Без права на ошибку, страница 33 – Рене Эсель

Не удивительно, что он пользуется высоким интересом у девушек. Только вот не моим. Парень моей лучшей подруги — запретная территория.

Даже если это уже бывший парень моей подруги.

— То есть ты мне не поможешь? — презрительно хмыкаю и разварачиваюсь к стеклу, за которым открывается вид на Москву. — Даже не выслушаешь до конца?

Лазарев лениво потягивается и бросает взгляд на швейцарские часы. Все это вижу в отражении.

— Ты хочешь, чтобы я попросил денег в долг у Олега, чтобы передать их тебе, — чешет кончик носа и хитро щурится, как лиса. — Ты же знаешь, что он не дает в долг?

— Даже лучшему другу? — оборачиваюсь резко, едва не вляпавшись в сахарную вату. — Женя, я уверена — тебе он не откажет.

Лукавлю. Я подозревала, что и здесь путь будет отрезан. Но мои надежды были направлены на другое.

Если Лазарев поймет, если он выслушает до конца — мы что-то придумаем вместе.

Несмотря на их отношения с Катей, Женя не был абсолютным козлом. Да, мы никогда не дружили. Даже не ладили толком.

Но если я что-то понимаю в людях, то знаю одно — несмотря на весь свой внешний лоск, напускной стиль «плохого парня», большие деньги и высокое положение с пеленок, Лазарев очень эмпатичен.

Это проглядывает в нем с самого детства. Щенки, котята, ребята, которых обижали в школе — он жалел всех без разбора. Он и с Шершневым подружился так. Сначала просто пожалел обособленного от общества парня. А после мог набить лицо каждому, кто плохо посмотрит в его сторону за спиной.

Потому что сказать Шершневу что-либо в лицо не решался никто.

Все считали, что Лазарев развлекается подобным образом. Но я не сомневалась — Женя искренне любил и заботился об Олеге. И делал это от всей души.

А чем я отличаюсь в текущей ситуации от всех этих обездоленных?

— Все же ты плохо его знаешь, — Лазарев вздыхает и наклоняется вперед, упершись локтями на колени. — Лен, если Олег не дает в долг — значит не дает. Все, точка, продолжения нет. Если у тебя есть другие предложения — велком.

— Жень, ну есть же разные варианты. Олег всегда помогает делом, да? Может ты попросишь его помочь, например, с покупкой дома…

Смех прерывает мои неуверенные попытки.

— А чем это отличается от «дать в долг»?

Тяжело вздыхаю. Нет, как с ним Катя вообще жила? Он же невыносим.

— Жень, ты не понимаешь…

— Все я понимаю, дорогая лучшая подруга моей девушки, — Лазарев внезапно улыбается, но так странно, что в горле ком поднимается и блокирует приток воздуха. — Которая всегда считала меня каким-то дерьмом. Ты с чего-то решила, что я тебя пожалею и придумаю, как решить твои проблемы. И я пришел сюда лишь чтобы убедиться, что это не я поехал крышей, а это правда происходит.

Осоловело хлопаю глазами.

— Жень, мы столько лет чуть ли не бок о бок…

— С Катей. Да, — кивает и наклоняет голову на бок. — Да и я всегда к тебе относился хорошо. А теперь вот сижу и думаю — а с чего мне помогать девушке, которая с первой секунды нашей встречи не то что не поинтересовалась, а как мои дела, а даже не поздоровалась? — усмехается, а я готова провалиться сквозь сиденье. — Ах, да. Это притом, что моя семья по моей просьбе помогает твоей все последние пол года. И, заметь, Кате я так же, по твоей просьбе, так ничего и не рассказал.

Чувство стыда возгорается где-то на щеках яркими пятнами. Оно перемешивается с отчаянием и горячей волной наваливается на глаза.