Книга Измена. О чём кричит тишина, страница 28 – Мария Владыкина

Мама развернулась к соседу, хмурясь. Судя по всему, они не были знакомы. Либо это был никакой не сосед, может, вообще маньяк какой-то, либо он переехал совсем недавно, потому что обычно мама всех соседей знала хотя бы в лицо. Да и я сама часто бывала здесь, и что-то до этого я не видела этого мужчину.

— Сосед ваш новый снизу. И вы меня заливаете. Девушка, так вы тут живёте или кто?

— Как заливаем? Только позавчера ведь трубы меняли. – Тут же засуетилась мама, и я поняла, что, возможно, обвинения соседа были не беспочвенными. Похоже, какие-то манипуляции с трубами были, а значит, они реально могли подтекать.

Мама выдернула дверь из моего захвата, и побежала безошибочно сразу на кухню.

Сочное ругательство, донесшееся оттуда, не оставило шансов предположить, что проблема заключалась в нас. Я вздохнула. День был просто кошмарным.

— Заходите. – Открыла я шире дверь маминой квартиры, теперь уже пропуская соседа внутрь.

— Уже не вижу смысла. Устраните течь. Счёт за порчу имущества пришлю позже.

Всё так же недовольно ответил мужчина, прежде чем развернуться и пойти к себе. Неприятный какой! Счёт, видите ли, он выставит.

Я закрыла дверь, и пошла на кухню, где вовсю копошилась мама.

— Что, сильно там течёт?

— Да я воду уже перекрыла, сейчас сантехника вызову. Ты лучше скажи, что ты тут делаешь? И почему мне Глеб звонил четыре раза за утро, пока я Лизу в сад отводила?

18 глава

— Как она, кстати? Как вела себя вчера? – Переключила я тему на дочь. Параллельно принесла из ванной комнаты таз, куда мама начала активно выжимать тряпку, которой убирала последствия подтопления, скопившиеся в шкафу под раковиной.

— Да как она может быть. Ребёнок же. Ну, поплакала немного, погрустила. Купила ей яйцо шоколадное, забыла обо всём. – Вздохнула мама. – Ты давай, с темы не съезжай. Я так понимаю, вчерашний концерт был по поводу вас с Глебом?

— Ага, и его любовницы, и сына.

— Чего? – Мама даже присела на пол, отложив тряпку в сторону.

Я сидела, не двигаясь, и смотря на магниты на холодильнике. Вон тот, синий, мы привезли ей из Турции, а с янтарём который, это она к подруге ездила в Калининград.

— Валь, ты серьезно? Какая любовница? Какой сын?

Мама встала на ноги, а после села вместе со мной за кухонный стол, терпеливо ожидая ответа.

А я, почему-то, не могла говорить, смотря ей в глаза. Было как-то стыдно, что ли… Что не оправдала надежд, что не смогла построить крепкую семью, что проморгала момент, когда мой мужчина решил сходить налево. Да, может, вообще просто из-за того, что выбрала не того мужчину.

Так что я наоборот подошла к тряпке и заняла мамино место, продолжив вытирать лужу у раковины.

— Вчера Кира мне рассказала, что, когда я была беременной Лизкой, они с Глебом переспали. И что Никита – это сын Глеба.

Молчание затягивалось, и я повернулась к маме, чтобы посмотреть, почему она молчала. Та сидела, прижав руки к груди, и выпучив глаза. Немного бледная.

— Вот и я была, мягко говоря, в шоке.

— Я могла предположить всё, что угодно… но такое… Да ещё и Кира. У меня в голове не укладывается. Это точно? Может, Кира всё выдумала? Вот всегда я в ней что-то чувствовала такое…

— Да брось. Ничего ты не чувствовала. И в гостях всегда принимала, и относилась к ней хорошо. И я не чувствовала. Столько лет… Представляешь?