Книга Женимся! Это приказ, страница 73 – Мария Владыкина, Марта Вебер

— В полном соответствии с Семейным Кодексом Российской Федерации, согласно составленной актовой записи о заключении брака, скреплённой вашими подписями, ваш брак регистрируется. Объявляю вас мужем и женой. Ваш брак законный. Поздравьте друг друга.

И вот, тот самый момент, когда дыхание замедляется. И вроде бы всё: брак зарегистрирован, мы официально муж и жена. Вот только ещё один волнительный момент впереди: первый поцелуй при таком количестве народа.

Матвей сделал шаг вперёд, чтобы встать ближе. Я просто повернулась к нему лицом, надеясь, что он в этом вопросе возьмет инициативу на себя.

— Осталось чуть-чуть. – Прошептал он. – На банкете про нас никто и не вспомнит.

Мы ждали начала музыки, о которой нас заранее предупреждали организаторы. И вот, она заиграла.

Глаза в глаза. Руки Матвея обвили мою талию, а мои, по инерции, его шею. Мы стояли так, что могли бы и не целоваться, всё равно мой букет и его голова заслоняли весь обзор.

Но, в следующую секунду его губы накрыли мои.

Это был не невинный поцелуй, рассчитанный на то, чтобы за ним наблюдали более двухсот зрителей. Нет, это был настоящий пожар.

Поцелуй, который не должен был заканчиваться, а после которого обязательно следовало продолжение.

Поцелуй, который словно вёл с тобой диалог, рассказывая о чём-то.

И я абсолютно потерялась, такая тишина в голове, как если мы были тут одни.

А потом, бац, и шквал аплодисментов и криков. Меня, поднимая мою руку, развернуло к зрителям, которые стояли, и хлопали нашим парам, будто мы сделали что-то невероятное.

И до меня дошло окончательно.

Кажется, я только что официально вышла замуж. И этому полно свидетелей. Ну, что ж, надеюсь, это было самое сложное в нашем будущем браке!

Для поздравления к нам выстроилась, без преувеличения, целая очередь. Первыми, разумеется, шли родители. Наши с Олей, и родители Матвея и Тимофея, а также их сестра.

Не знаю, насколько странным было то, что мы с мамой Матвея сейчас должны были встретиться впервые, с учётом того, что она не была в курсе, что это всё было не больше, чем спектаклем.

Но это были не мои проблемы. Нужно было почаще себе это повторять.

И всё же, когда ко мне подошла милейшая на вид женщина со светлыми глазами, я растерялась, и испытала смущение.

— Здравствуй, Анечка. Очень рада знакомству. Мне жаль, что не получилось познакомиться раньше, но я очень рада, что ты вошла в нашу семью. Мой сын смотрит на тебя такими глазами… я никогда не видела ещё его таким. Счастья вам, дети мои!

Она скользнула взглядом по кольцу прабабушки Матвея на моём пальце, и одобрительно покивала головой, перейдя к Тимофею и Оле.

Внутри, когда мама Матвея отошла, остался какой-то осадок от её взгляда. Было в нём что-то такое знакомое, что я уже видела когда-то, но никак не могла понять, что именно. Подумать об этом мне, разумеется, не дали, сразу же закружив в веренице остальных поздравлений.

В общем-то, Матвей был прав. И остальное время на нас уже не обращали настолько пристального внимания. Во время банкета все расслабились, много смеялись над конкурсами, восторженно наблюдали за классными выступлениями, наслаждались изысканными блюдами и напитками.

Мне же кусок в горло не лез. За весь вечер я сделала лишь пару глотков шампанского, и чуть поковырялась в салате. Рядом со мной сидела примерно в таком же настроении Оля, с которой мы перебрасывались многозначительными взглядами.