Книга Тринадцатый. Мой любимый номер, страница 122 – Верона Виера

— Понравишься! Всё, что нравится мне – ей нравится априори.

Макс легонько щёлкает пальцем по моему кончику носа, и звенит звонок. Хихикнув, он снова нажимает на кончик носа, как на кнопку, и звонок чудесным образом прекращается.

— Вот это суперспособность.

— Буду рада познакомиться с твоей мамой, – улыбнувшись ему в ответ, я спешу в класс.

Тихонова оккупировала мою парту и что-то доказывает Иванову. Видно, она делает это очень подробно, потому что Лëша слушает еë со скучающим выражением лица. Заметив меня, он оживляется и машет, растянув улыбку до ушей.

Актëр!

Тихонова лениво встаëт. Она даже не пытается обходить меня стороной. Наоборот, вместо своего ряда, она движется ко мне навстречу. Проходя мимо, Лера демонстративно толкает меня в плечо, мол, подвинься. Я с трудом удерживаю равновесие и чуть ли не падаю на одноклассника, но в ответ успеваю дёрнуть её за конский хвост, чтобы знала, я еë не боюсь.

Иванов заметно напрягается и вскакивает с места, но зря. Тихонова на мой ответный поступок не говорит ни слова – она только фыркает и кривит накрашенные розовые губы. За еë тёмными очками вообще непонятно, о чëм она думает.

Учительница литературы, влетая в кабинет, строгим взглядом разводит нас на свои места. Наступает тишина.

— Ты как? – шепчет Иванов.

— Отлично.

Улыбаюсь ему в ответ и поправляю свои вещи на столе.

Хорошо, что это последний урок и я, наконец, смогу выдохнуть.

Закинув рюкзаки домой, мы стоим у маминой двери.

— Подожди. Сейчас, – Женька опускает мою руку, когда тянусь к звонку. Она взъерошивает волосы, потом снова их приглаживает. – Так нормально?

— Всë хорошо, Жень, – смеюсь. – Мама не ест девочек.

— Откуда ты знаешь? Может ест, и поэтому возле тебя никто не крутится. А ты вон какой! Мистер восемь кубиков пресса.

Округляю глаза. Странный титул, но ладно… Вздыхаю, удивляюсь её волнению.

— Жень, ты красивая, умная, моя – уверен, ты ей нравишься заочно.

— Убедил, – Женя резко выдыхает, будто собирается выпить что-то противное. – Жги. То есть, жми!

Я только собираюсь тянуть руку, как она снова меня останавливает:

— Подожди, а к чаю? Мы ничего не взяли к чаю.

Еë испуганные глаза снова вызывают улыбку:

— Я думал, только парни волнуются при знакомстве с родителями… .

Не дожидаясь ещё возражений, быстро давлю пару раз на кнопку звонка и беру Женю за руку на всякий случай, вдруг решит сбежать.

Замки проворачиваются и с каждым щелчком, она крепче сжимает мою ладонь, я бы сказал до боли.

— Расслабься, Жень.

— Ага. Здрасьте! – она мурлыкает, когда в проёме светится лицо моей мамы.

Последний раз еë улыбку – такую искреннюю и радостную, я видел лет шесть назад. Тогда отец, помимо привычных цветов на день рождения, подарил маме поход в спа-салон на целый день. Она вернулась оттуда невероятно расслабленной и счастливой, как будто с курорта.

— Здравствуйте! – мама шире открывает дверь, приглашает зайти. – Так вот ты какая, та самая девочка, в которую влюблён мой мальчик.

— Мам… .

— Наверное. Других девочек я с Максом не видела.

Женя краснеет и растерянно косится на меня, а я, пожав плечами, мол, мамулька ерунду сморозила, закрываю за нами дверь. Помогаю снять куртку, раздеваюсь сам и между делом перевожу разговор в другое русло.

— А где твой Семён, на работе?