Книга Соно Вероника. Пьячере!, страница 52 – Верона Виера

— О, привет, Верон! – Лёшка кивает мне и ставит еду. – А ты что тут... – и замолкает, заметив недовольный взгляд Ромки. – А, понял! Приятного аппетита! – он загадочно улыбается.

Ничего ты не понял…

— Там всë нормально? – спрашивает Ромка между делом, имея в виду бар.

— Да, всё отлично. Воскресенье, но люди есть.

— Супер! – Рома жмёт его освободившуюся руку и провожает к двери.

— Карине привет! – Лëшка бросает мне довольно напоследок, и уходит.

Рома обходит барную стойку, достаёт из шкафчика салфетки, приборы, из холодильника сок и наливает в стаканы.

— Идëм есть, Верон, – он снимает фольгу с тарелок и выбрасывает в мусорное ведро.

Запах жареной рыбы с картофелем мгновенно разносится по квартире и заполняет рот аппетитом.

Чтобы не скрипеть, я спускаю ноги на пол и потихоньку сползаю с дивана, становлюсь на ноги. Ромка же с любопытством смотрит на мои телодвижения. Наверное, уже тысячу раз пожалел о своём предложении и завтра побежит в рекламное агентство за баннером.

Я исправляю ситуацию и, походкой модели по подиуму, на носочках иду до барной стойки, залезаю на стул. Придвинув к себе тарелку, я беру приборы и, как истинная леди, надламываю рыбу, пробую.

И тут меня осеняет, что произошло:

— Ромка! – громко восклицаю, что он с перепуга бросает вилку. Смотрю на него безумными от озарения глазами. Он тоже. – Ты не представляешь, как я тебя люблю!

Пищу от восторга, а его глаза от этих слов становятся ещё больше:

— Вкусно настолько? – он настороженно изучает мое лицо.

— Ну, не в смысле люблю… – понимаю, что своим признанием сбила его с толку. – Ты не представляешь, какое сейчас доброе дело сотворил!

— Накормил сумасшедшую итальянку? – Ромка пытается угадать приступ моей экспрессии.

— Нет! Ты, сам того не подозревая, убил ещё двух зайцев! Вернее, зайца и одного льва! Понимаешь?

— Нет.

Ромка с трудом сдерживает улыбку, но с интересом ожидает продолжение. Он берёт вилку и, отломив кусок рыбы, кладёт в рот. Медленно жует, не отрываясь от меня взглядом.

— Продолжай, мне очень интересно.

— Каринка влюблена в Никиту, Никита в меня, а Лешка…

— А Лëшка в Никиту? – он смеётся, а я смотрю на него, как на дурака. – Я просто пытаюсь понять ход твоих мыслей, – Ромка оправдывается.

— Нет! – сбил меня. – Лешка – друг Никиты и влюблён в Карину. Но это не главное, понимаешь?

— Всё ещё нет.… Объясни, – он улыбается и ест дальше, делает вид, что ему очень интересно, чем всë закончится.

— Лешка увидел нас, что мы тут вдвоём, и по-любому расскажет об этом Никите. И всë!

— Что всë!

— Ты гений, Ромка! Теперь он отстанет от меня и переключится на Карину, понимаешь?

— Кто, Леха?

— Да нет, же! Никита!

— А Леха?

— А Леха тупит! Но он в этой цепочке всего лишь связующее звено! Главное, что до Никиты, наконец, дойдёт, что ему со мной ничего не светит, и он перестанет меня преследовать. Понимаешь?

— А вот тут подробнее, – Ромка становится серьёзным и перестаёт жевать, откладывает вилку на тарелку.

— Ты убил льва! – воодушевленно смотрю ему в глаза и, наконец, принимаюсь за еду. – Ты мой герой!

Я с восхищением произношу полным ртом и, прожевав, посылаю ему лучезарную улыбку, но Ромка совсем не улыбается.

— Лев, я так понимаю, это Никита? А Никита – это у нас кто?

— Помнишь в баре, про которого ты подумал, что он мой парень, и из-за которого я пропустила весь концерт?